"Развод. Между нами только ненависть
Глава 1. Не смей
— Рот закрой! — гаркает на меня Марк. — Не смей на меня орать при сыне!
Я оглядываюсь на лестницу, на которой застыл наш пятнадцатилетний сын Дима с планшетом в руках.
— А, может, твоему сыну тоже будет полезно знать, что у тебя шалава завелась?!
Глаза Марка вспыхивают дикой яростью. Его лицо за долю секунду ожесточается в гримасу ненависти.
— Да, я знаю! — кричу я еще громче.
— Я тебе в третий раз повторять не буду, — цедит Марк сквозь зубы и с угрозой щурится.
— Не ори на меня при сыне.
Он не отпирается.
И в своей невозмутимости сейчас очень страшен: здоровенный мужик с предостережением прищуривается и смотрит исподлобья.
Его совершенно не волнует то, что я сегодня выяснила его грязный секрет. Нет. Его злит лишь то, что мои возмущенные крики услышал наш сын.
Меня это бесит, и мне все равно, что его взгляд требует заткнуться и не рыпаться.
Марк в принципе никогда не любил мои крики. Он всегда за то, чтобы женщина изъяснялась спокойно четко и только по делу, а эмоции ему мешают.
— Ты совсем охамел?!
А я имею право кричать. Тридцать лет брака! Две дочери и выстраданный в тридцать пять сынок, а мой муж завел себе на стороне другую женщину, с которой его спалила моя подруга.
— Это ты?! — сую под нос смартфон с фотографией, где он жадно и взасос целует грудастую шатенку под теплыми лучами солнца на парковке. — Ты?
— Я, — с тихой яростью отвечает он.
Я проваливаюсь в громкие оскорбления, после я толкаю Марка в его широкую грудь и получаю оглушительную пощечину.
На долю секунды у меня все расплывается перед глазами.
— Я тебе сказал, — рычит мне в лицо, — не ори на меня при сыне. Или я неясно выражаюсь, м?
Замираю с широко распахнутыми глазами и открытым ртом, прижав ладонь к щеке.
— Ты меня ударил…
— Зато не орешь, — чеканит мне в лицо, а после разворачивается и шагает в гостиную, кинув короткое полупальто на высокую консоль у стены. — И да, мы разводимся.
— Ты меня ударил при сыне… — в ужасе шепчу я.
— Никогда не позволяй женщинам повышать на себя голос, — Марк резко разворачивается в сторону лестницы и поднимает мрачный взгляд на сына.
— Предупреди один раз, чтобы он замолкла, — щурится, — предупреди второй раз, а затем легонько приведи истеричку в чувство. Особенно тогда, когда она сама пытается прыгать на тебя, как ошалевшая болонка. Не позволяй ни одной бабе верещать на тебя. Не может спокойно вести диалог, то пусть молчит.
Я в растерянности медленно моргаю.
