– Ведь по документам все нормально было.
– Она вместе с этим придурком Стасовым, которого я уволил, отслеживала все происходящее в клинике. Воистину: ярость сатаны ничто по сравнению с яростью отвергнутой женщины… А у Стасова, может быть, в клинике осведомители остались! Хотя вряд ли… Но какого черта я, дурак, его тоже в комитет устроил? – В сердцах Розенберг ударил ладонью по столу и стал раскуривать трубку.
Диана промолчала. Роль Стасова в этой истории ей предстояло осмыслить в одиночестве, без мужа.
– И что же было дальше? – спросила она.
– Дальше, как я понимаю, события развивались так. Галя узнала, что в результате пластической операции в моей клинике умерла пациентка, и начала копать. А потом вызвала родственников и дала им понять, что они могут подать на клинику в суд, выиграть его и срубить с клиники денег.
– Так может быть, тебе дать им денег без всякого суда? Попросту откупиться от них?
– Нет, зайчик. Если я сейчас предложу им деньги, то тем самым признаю свою вину в бабкиной смерти.
Но я не виноват в ней. И Колдунов не виноват. Повторяю: это была операция по жизненным показаниям! – Последние слова Розенберг выкрикнул, заставив Диану вздрогнуть.
Она поднялась со стула, подошла к мужу и обняла его.
– Я знаю, что ты прав, – прошептала она ему в ухо. – Но что будет теперь? Неужели тебя посадят в тюрьму?
– Не знаю. – Розенберг погладил Дианину руку на своем плече. – Я буду защищаться. Но если это уже решено где-то наверху… Тогда очень даже вероятно, что ни на что повлиять не удастся.
И тогда главная моя забота – чтобы это Колдунова не коснулось. Буду настаивать, что он не знал, что нет лицензии.
Диана покачала головой:
– Кто в это поверит?
– Зайчик, а ты у меня умница! – вдруг воскликнул Розенберг и приобнял ее. – Знаешь, почему я не хотел рассказывать тебе эту историю с бабулькой?
– Ты мне вообще ничего не рассказываешь, – мрачно сказала Диана.
– Да нет же! – Он неожиданно расхохотался.
«Нашел время веселиться! – зло подумала она.
– А что будет со мной, когда тебя посадят?»
– Потому что ты меня тогда предупредила: «Чем меньше родственники ухаживают за живым, тем с большим пылом строчат жалобы, когда он умер». Ты оказалась абсолютно права, и соответственно я ожидал от тебя услышать что-нибудь типа: «Я тебя предупреждала!»
– Теперь дело не в том, кто что говорил, а в том, как сделать, чтоб тебя не посадили! – Диана вскочила и принялась ходить по комнате.
