– Яша!
– Зайчик? Ты уже дома?
– Как видишь! Немедленно объясни мне, что происходит! Почему к тебе приезжают бабы и угрожают тюрьмой?
– Это не твое дело. – Он легонько потрепал ее по плечу и безмятежно занялся приготовлением кофе.
– Как это – не мое? Я имею право знать, из-за чего мне придется сушить тебе сухари!"
"– Да ничего тебе не придется… Все эти обвинения такие идиотские!.. А тебе разве мама не говорила, что подслушивать нехорошо?
– Говорила! Но как еще я узнаю о твоей жизни, ты же сам ничего мне не рассказываешь! Яша, я хочу все знать! – Она встала в дверном проеме и взялась руками за косяки.
– Я просто не выпущу тебя отсюда, пока ты все мне не расскажешь!
– Ну если тебе это так необходимо…
Он не спеша разлил кофе по чашкам, достал из буфета вазочку с печеньем, отодвинул для Дианы стул.
– Присаживайся, зайчик. Помнишь, весной у Колдунова была бабулька с ужасной опухолью шеи?
– Да, помню. Вы еще не могли решить, где будете ее оперировать.
– Именно. В результате я взял ее к себе в клинику, родственников вызвал, рассказал им все как есть.
Они были против операции. Денег на лекарства не дали. Я вообще так из разговора понял, что они с нетерпением ждали, когда бабка помрет и можно будет унаследовать ее квартиру. Но шанс выжить у нее все-таки был… В общем, кое-как они на операцию согласились. Мы ее прооперировали, но она, как говорил один мой коллега, с нами не согласилась и умерла. Ну, а Галя… ты сама слышала… решила воспользоваться ситуацией, чтобы отомстить мне за то, что мы расстались.
У моей клиники действительно нет лицензии на онкологические операции. У меня и морга-то нет, – фыркнул Розенберг. – Когда мы с Яном оказались с телом старушки на руках, то даже растерялись вначале. Потом вызвали «Скорую» и перевезли бабушку в морг. Там вскрытие сделали, диагноз злокачественной опухоли подтвердили. Но в мозгах родственников зародилась идея, что без операции старушка прожила бы еще долгую и счастливую жизнь. А там на самом деле такое было… Она уже задыхалась, ну максимум пару недель в муках бы протянула… Это действительно была операция по жизненным показаниям, понимаешь?
Диана кивнула и погладила мужа по руке.
– И если бы не эта… Если бы не Галя… Да, поступила больная на пластику, да, умерла… Такое бывает. У меня, правда, ни разу не было. – Розенберг сплюнул через плечо и суеверно постучал по столу.
– Но откуда эта твоя Галя узнала, что больная поступила не на пластику, а на онкологию? – спросила Диана.
