Женщина должна умереть, и она умрет тогда, когда будет нужно.
Завтра, как он и планировал.
Милиция – такие же тупые свиньи, как и те, что вели за ней наблюдение, – ему не помеха. Он был не так глуп, чтобы совсем не принимать их в расчет, но он был совершенно уверен, что они никогда его не найдут.
Где им!..
Нужно спокойно подумать и решить, как именно он это сделает.
Отчеты наблюдателей лежали перед ним на столе, как всегда, в строгом соответствии с датами. Он знал все об этой убогой крысе. Он знал все о ее образе жизни, о графике ее работы, о том, что она ест на обед и как проводит выходные.
Он презрительно усмехнулся.
С какой дрянью ему приходится возиться. Ему, никогда в жизни ни обо что не пачкавшему руки!
Значит, завтра.
Он просмотрел отчеты еще раз, внимательно и беспристрастно.
Завтра в два часа дня. Конечно, от шнура придется отказаться. Новое положение дел вынуждает его воспользоваться пистолетом, хоть это и казалось ему пошлым и глупым. Но не настолько уж он прямолинеен и гибок, чтобы не использовать другое оружие, когда оно было более уместно.
Этим-то он и отличался от всех окружающих свиней. Он всегда делал все так, как ему было удобно, и до конца выполнял свой долг.
В два часа дня в ее аптеку приходит машина с медикаментами. Машина приходит во двор, старинный московский глухой двор, сохранившийся еще с прошлого века. Машина въезжает в арку так, что ни развернуться, ни выехать вперед она не может, и сопровождающий отправляется с бумагами на аптечный склад. Шофер остается в машине, но из-за арки ему не видно – и не может быть видно то, что делается сзади, у кузова машины.
Там всегда стоит бледная рыжая крыса, которую ему предстоит уничтожить. Стоит и ждет распоряжений. Стоит и ждет, когда откроются складские двери. Стоит и ждет сопровождающего, мерзнет и держит бумажки, в которых будет отмечать привезенные лекарства.
У него будет по меньшей мере несколько минут, чтобы выстрелить в нее и убраться. Рядом – совсем рядом – стройка. Особняки переоборудуют в офисы, в которых разместятся потом свиньи рангом повыше.
За неровным сосновым забором ревут экскаваторы и краны швыряют многопудовые плиты. Если выстрел и услышат, то никто не придаст ему никакого значения. Подумаешь, на стройке опять что-то бабахнуло.
Он усмехнулся.
К тому времени, как ее найдут, он будет мирно пить кофе в кофейне Театра Станиславского и спокойно отдыхать с чувством до конца выполненного долга.
Да. Все будет именно так.
Он радостно и глубоко вздохнул.
Завтра.
