Но я не уличная девка, — сказала Мара, глядя снизу вверх на Руби.
— Не будь такой обидчивой. Если ты не уличная, то тем лучше для тебя. Пойдем, я познакомлю тебя с остальными девчонками. Вам придется жить бок о бок несколько месяцев, и я хочу, чтобы вы подружились. Я не выношу ссор и драк."
"И Мара познакомилась с остальными девушками из танцевальной группы. Они показались ей вовсе никакими не уличными, как пыталась представить их Руби. Но только одна, загорелая веселая брюнетка, действительно приглянулась Маре.
— Ты можешь спать надо мной, — сказала она. — Надеюсь, ты не храпишь?
Мара покачала головой, и девушка хихикнула:
— Не обращай внимания на этих дур. Ты умеешь шить? А то у нас, конечно, есть костюмерша, но нам приходится порой самим чинить одежду — у нее на артистов-то времени не хватает.
— Артистов? А разве мы не артисты?
— Нет, милая, трясти задом в цирке — еще не значит быть артистом. Эта профессия по-другому называется. Хотя, знаешь, это все равно лучше, чем подавать пиво в баре.
Именно этим я и занималась, пока не познакомилась с Сэмми Джеком. Он играет в оркестре на саксофоне. Сэмми рассказал мне о цирке, и с тех пор я здесь. А зимой я подрабатываю в Тампе, в «Золотой лихорадке».
Мара посмотрела на нее непонимающим взглядом.
— Ты, как я погляжу, еще совсем зеленая. Типичная первомайская девчонка, — усмехнулась девушка. — Тебе придется освоить язык цирка. А «Золотая лихорадка» — это что-то вроде танцплощадки. Клиенты приходят потанцевать с девушками, понимаешь? Очень тяжелая работа: все время на ногах.
Поэтому я каждую весну сбегаю оттуда в цирк. — Она улыбнулась Маре: — А ты откуда?
Мара колебалась, не зная, говорить правду или соврать.
— Я танцевала в «Эликсир-шоу». Друг моих хозяев по имени Чарли пригласил меня сюда. Он работает здесь антрепренером.
— А… это, должно быть, Чарли Скур. Заклинаю тебя, не связывайся с этим проходимцем. Во-первых, он никакой не антрепренер: он всего-навсего расклеивает афиши… Слушай, а как тебя зовут? Старуха нам не сказала.
Мара хотела было назваться Розой, но передумала. Это же только у цыган бывает два имени — одно для себя, другое для незнакомых, но она-то теперь гаджо.
— Мара.
— Какое миленькое имя! Оно ирландское, да? Мара, а как дальше?
— Просто Мара.
Девушка, как ни странно, нисколько не удивилась.
— А я Салли, — сказала она с улыбкой. — Салли Гармиш.
Весь остаток дня Мара провела, разучивая под руководством Салли различные элементы танцев.
