Знаете, сколько месяцев она провела в больнице, а я один с бабушкой? Я переживаю за нее и очень скучаю… – голос мальчика задрожал, а с лица сошла маска отчуждения.
– Я прекрасно понимаю твои чувства, Максим, – ровным и спокойным голосом проговорил я. – Мы все переживаем за маму. Но, увы, ее нахождение в больнице сейчас обязательно. Как только ей станет лучше, мы навестим ее, а потом съездим в загородный дом. Я научу тебя кататься на лошадях. Тебе ведь хочется этому научиться? – спросил я.
– Сейчас я хочу, чтобы мама поскорее вернулась домой, – упрямо заявил он.
– А разве мы не поедем в Москву? Мама говорила, что мы туда скоро переедем...
– В Москву мы поедем, когда Ксюшу отпустят домой и разрешат ей вести более или менее прежний образ жизни, а пока маму не выпишут из больницы, я поживу с вами.
– Ладно… – грустно протянул Макс и опустил голову, ковыряя вилкой еду в тарелке.
Остаток ужина мы провели в молчании. Я помог Марии Гавриловне убрать посуду и вышел из комнаты, направляясь в гостиную.
Присел в кресло рядом с елкой и устало откинул голову на спинку сиденья. Максим перетащил часть игрушек из своей комнаты на пол перед елкой, и они с Надей занялись конструктором.
– Я постелю вам в гостиной и пойду, – услышал голос старушки и кивнул.
– Спасибо.
Мария Гавриловна через десять минут попросила ее проводить, я поднялся на ноги, сходил закрыл за ней дверь и вернулся к детям. Расположился на полу возле них, пытаясь вклиниться в процесс игры, но мои силы и энергия иссякли за этот нескончаемо долгий день.
Ума не приложу, как мы справимся в эти дни без Ксюши... Зато сблизимся с детьми, а к моменту ее выписки домой будем уже не разлей вода. Потом мы свозим Надю в центр на обследование к специалистам из Москвы и начнем курсы реабилитации. Максим продолжит подготовку к школе с репетиторами, которых я найму ему. Потихоньку со всем справимся.
– Меня завтра нужно будет отвести на подготовительные курсы, а Надю на сеанс массажа, – сказал Макс, поднимаясь на ноги.
– Я в курсе, мама мне рассказала про ваш распорядок дня. Мы не собьемся с курса, – заверил я его.
– И на ночь мама нам читает. Надя привыкла спать с ней в постели. Я не стал говорить при Марии Гавриловне, чтобы не расстраивать ее, но с непривычки сестра закатит истерику. Она всегда так делает, когда мамы нет...
– Твои предложения, Максим? – я смотрел на него снизу вверх, играя на полу с Надей.
