Она была в центре для несовершеннолетних, куда забрали Малютку. Как же звали девочку на самом деле? Слишком много вопросов осталось без ответа.
Они собрались в переговорной, и Рейес вдруг вспомнила, как впервые попала в отдел. С тех пор прошло всего несколько дней, но ей казалось, что это было давным-давно. Что Рейес, в свой первый рабочий день спросившая, где Ческа, и смутившая Ордуньо, которому пришлось с ней возиться, была уже совсем не той Рейес, которая слушала сейчас Марьяхо, успевшую выяснить кое-что новое.
— Только что звонила семье Маргариды Нунес сообщить о ее смерти.
Это женщина с одной из фотографий, мы смогли установить ее личность: португалка, тридцать восемь лет. Одиннадцать лет назад пропала в Мадриде. Приехала сюда как туристка. Видимо, одинокие туристы были легкой добычей для этих извращенцев.
— А про тело ты им что сказала? — спросила Элена.
— Что мы не знаем, сможем ли его восстановить.
В комнате повисло тяжелое молчание. Сообщать такие новости всегда неприятно, но как рассказать родителям, супругам, детям, что их близкого съели?
Марьяхо вывела на большой экран еще одну фотографию.
Рыжеволосая женщина, на вид лет тридцати пяти. Ее лицо на снимке, сделанном в подвале, не выражало ничего, кроме страха.
— Лусиана Петряну, румынка, пропала семь лет назад. Вышла из дома с ребенком, на прием к педиатру, и не вернулась. Ее муж, дальнобойщик, тоже румын, заявил о ее исчезновении неделю спустя, когда вернулся из рейса. Заподозрили, что это случай семейного насилия, что виновен муж, но до суда дело не дошло.
Улик против него не было. Он так ничего и не узнал ни о жене, ни о дочери. Я пытаюсь разыскать этого мужчину, его зовут Григоре Николеску. Он вернулся в Румынию.
— Это ее мать. — Что-то во взгляде Лусианы показалось Элене знакомым. — Значит, никаких родственных связей с Антоном у Малютки нет."
"— Антон Колладо, сорок четыре года, получил ферму в наследство от родителей, Рамоны и Дамасо, — доложил Буэндиа. — Касимиро и Серафин нигде не зарегистрированы. У них даже свидетельств о рождении нет, но похоже, они братья Антона.
Думаю, им было лет по пятьдесят. Мне нужно еще некоторое время, чтобы обработать все взятые образцы. Пока что у меня есть только результаты предварительного анализа. По ним я точно могу сказать одно: следы, найденные в квартире на Аманиэль, оставлены, как мы и предполагали, этой четверкой — Антоном, Хулио и двумя братьями. Азаперонил употребляли оба слабоумных, в крови Касимиро остались следы азаперона.
