Только у входа в метро она вспомнила о своей сумке, валявшейся там же, около разлапистой вешалки — а в сумке кошелек, билет на метро и детектив, — заплакала и пошла к Таньке пешком.
Путь был неблизкий.
* * *— Все дело в этой карточке! Как я поняла, этот самый Иван и Павел Белый, его друг, карточку так и не нашли. Они подозревают, что деньги украл мой Петр Борисович и непонятно куда дел карточку, на которой они теперь лежат.
— А кто его убил? — моргнув, спросила Таня. — Твой шеф?
— Не знаю, — ответила Варвара.
Она лежала на больничной кушетке, застланной коричневой клеенкой там, где полагается быть ногам, и держала на скуле какой-то чудодейственный компресс. Таня сказала, что «синяк все равно останется, а отек спадет». Варвара ждала, когда спадет.
— Это я считаю, что его убили, — продолжала Варвара задумчиво, — по-моему, кроме меня, так никто не считает. Иван ничего не сказал о том, что подозревает убийство, а не… естественную кончину.
— Может, все-таки он сам помер, а?
— А компьютер? А окно? А шеф зачем мне сказал, что к юристам идет?! Кстати, это надо проверить, был он в тот день у юристов или не был!
— Как ты это проверишь?
Из-под чудодейственного компресса Варвара покосилась на Таню.
— Как, как! Очень просто. Спрошу у Лины Ахметовой, к которой он тогда ходил! Она мне скажет.
— А если наврет?
— Тань, это все же не международный заговор, в который вовлечены все работники холдинга «Московское время»! То есть я надеюсь, что это не заговор.
Кроме того, шеф считает меня исключительно тупой, и в данном случае мне это на руку. Скорее всего, он думает, что проверять я ничего не стану в силу своей тупости.
— То есть этого типа убил твой шеф, — настаивала Таня, которой требовалась «конкретика», — и вчера тебя отколошматил тоже шеф. Или Иван?
— Не Иван, — быстро сказала Варвара. — У него ботинки были чистые, а меня когда рвало, я все ботинки тому залила…
— О господи, — пробормотала Танька. Варвара опять спряталась за своей примочкой.
Уловка с ботинками была так себе, не очень. Но, боже мой, что она станет делать, если это… Иван?!
Даже если она больше никогда… Нет, не так. Она больше никогда его не увидит, и это правильно, и разумно, и вообще только так и возможно. Она его не увидит, и он не может, не должен оказаться таким подонком.
Только не он. Пусть даже Арсений Троепольский с его компьютерной конторой.
— Если не Иван, значит, шеф, — подвела итог Таня.
