Едва я оказываюсь в поразительной тесноте Сониной орхидеи, на головке воспаляется столько микроскопических нервных окончаний, о существовании которых я, блядь, просто до этой ночи не подозревал. Их миллионы. На старте подыхаю от кайфа.
Сквозь все мое тело проходит поток обжигающего тока. И я замираю, не в силах понять, что сейчас вероятнее: обкончаться до прорыва через целку или, на хрен, вырубиться.
Но даже когда я прекращаю продвижение, меня нахлобучивает так яростно, что я и дышать опасаюсь.
Огромного труда стоит сглотнуть переполнившую рот слюну.
Не капать же, как псина, на Соню. В ее глазах и без того рождается ужас. Думаю, что это что-то такое же инстинктивное, как и у меня, но меня все равно перетряхивает от волнения, что я, блядь, все-таки делаю все не так, как она хотела.
– Я люблю тебя… – хриплю это, будто ожидаю тем самым сгладить все свои косяки, смягчить свою Богданову и набраться, сука, необходимых сил самому.
– Ох… – то ли удивляется, то ли окончательно пугается она.
Меня накрывает очередной волной паники.
Подаюсь вперед просто для того, чтобы не дать ей разыграться. Соня пронзительно вскрикивает, всхлипывает, дико содрогается и со слезами отталкивает меня.
– Больно?
Вынимаю член, чтобы дать ей продышаться.
– Да… – и начинает натуральным образом плакать.
– Настолько? – выдыхаю в страхе я.
– Да… Да… Боже… Я не знаю… – бормочет сквозь рыдания. Никогда еще не видел, чтобы ее так трясло. – Ужасно…
– Ужасно? – повторяя это, едва, мать вашу, живу.
Внутри все леденеет.
Стремительно выталкивает полыхающий до этого жар на поверхность кожи обильным потом. С меня тупо катится, будто я три матча без перерыва отыграл, а после еще зарвался в качалку."
"– Не знаю, Саш… Ты будто разорвал меня… – добавляет очередную информацию, которая с неожиданной для меня силой тупо кромсает мне на куски сердце. С той, кого хотел любить, чувствую себя каким-то чудовищем. Охренеть ощущения. Пиздец разъеб. – Посмотри… – шепчет Соня, впиваясь мне в плечи ногтями. – Посмотри, есть ли кровь…
Заторможенно моргаю.
Тяжело вздыхаю. Но послушно соскальзываю вниз, чтобы заглянуть ей между ног.
– Не вижу… Вроде ничего нет… – выдаю не своим голосом.
– Точно? – явно не верит мне. – Включи свет.
Выполняю и это указание.
Поднимаюсь. Хлопаю по включателю. Стискивая челюсти, иду обратно к кровати. Бросаю мимолетный взгляд Соне между ног. Скриплю зубами громче. И поднимаюсь выше.
– Ничего нет, – суховато подтверждаю предыдущее заключение.
