– Еще как, – кивнул тот и, отбросив веник, наклонился и поцеловал, а я закинула руки ему на шею и снова потерялась во времени и пространстве.
Когда наше очередное сумасшествие закончилось, у меня не было сил не то, что куда-то идти, но даже говорить. Так что Илье пришлось совершать обратный путь до домика точно так же, как мы и пришли – со мной на руках.
– Отдыхай, Даша, – тихо сказал он, сгрузив меня на постель.
И я мгновенно отключилась. Даже сказать ничего не успела, видимо, организм, измотанный таким количеством эмоций, решил, что на сегодня с меня хватит, и впал в спячку.
ИльяЖара. Жара и вонь – две составляющие новой жизни, от которых нет спасения. Если бы меня спросили еще несколько лет назад, что я ненавижу больше всего, я бы не нашелся с ответом. Зато теперь знал точно. Запах немытых тел, мускуса и тошнотворных приправ.
– Твою ж дивизию! – послышался хриплый возглас Котика, а вслед за ним раздался грохот взрыва.
Впереди, там, где еще пару минут назад виднелись ангары, в небо взвился высокий столб пламени.
– Котик, стой!
Меня сорвало с места.
– Не могу, – хриплый голос друга потонул в криках беженцев. – Тормоза полетели. Прыгай, пока еще можно! Пару ребер переломаешь, зато жив останешься.
Костя Бреев, по прозвищу Котик, вцепился в руль и пытался остановить свихнувшийся автобус, но тот летел прямо на горящий склад боеприпасов, не обращая внимания ни на ухищрения Котика, ни на его отборный мат.
Хватило секунды, чтобы оценить происходящее.
Еще несколько минут, и автобус врежется прямо в горящие ангары. Черт! Жар плавил мысли, зверь злился, предвидя мое решение, но времени на раздумья не было.
Взгляд метнулся по испуганным смуглым лицам. Старики, беременные женщины, дети. Они заполняли салон, галдели, плакали и повторяли свое бесконечное «Аллах!». Зверя раздражали визгливые крики, гортанные голоса, острый запах пота, гари и страха. Он знал, что я собираюсь сделать, и упирался изо всех сил, не желая рисковать жизнью ради тех, кто не принадлежит к его клану.
И бороться с ним было почти невозможно – против природы-то не пойдешь. У беров собственные правила, простые и нерушимые. Есть свои и чужие. Свои – это род и члены клана, ради их благополучия можно пожертвовать всем, в том числе и жизнью. Чужие – люди и другие звери. Их интересы ничего не значат, их существование не имеет никакого значения. Перед ними нельзя проявлять свою сущность и свою слабость.
