У меня от этого начинает гулко биться сердце. Я хотела этого, еще когда исполняла для него роль ненастоящей жены. Хотела, чтобы Камиль подумал и решил наладить между нами отношения по-настоящему, узнать меня больше, рассказать о себе… неужели дельная мысль, о том, что со мной может быть интересно и хорошо, действительно промелькнула в его голове?
— Нет, конечно, — отвечаю я, — я могу остаться у тебя.
На самом деле отец откусит мне голову. Он в курсе, что Вали больше нет и это сильно повлияло на него: Каждый вечер он звонил мне и спрашивал, где я иду, а потом караулил, глядя в окно.
Думаю, это еще одна из причин, почему он до сих пор не сорвался и не прикоснулся к алкоголю.
Но мне ведь не двенадцать. Я уже совершеннолетняя и могу строить отношения с… мужчинами.
Я прикрываю глаза, вспомнив, с кем хочу строить отношения. Если отец о Камиле узнает — точно получит инсульт.
***— По-моему, ты перебрала, Ева, — констатирует Камиль, когда я едва не поскальзываюсь на плитке перед рестораном. Он крепко сжимает пальцы на моем локте.
В моей голове легкий туман, и, кажется, я действительно перебрала — то ли на улице сильная влажность, то ли у меня и перед глазами все заволакивает пьяным дымком.
Я пыталась сегодня разорить Камиля, пробуя все в ресторане. Я пыталась вести себя уверенно и непринужденно, как вели бы с ним другие девушки. Я-то настоящая на самом деле скромнее, но я пыталась быть для него… привычной.
— Почему ты меня называешь по имени? — тяну я, падая на кресло в машину. Камиль пристегивается и заводит машину, а я чувствую себя алкоголедышащим драконом: когда я выдыхаю, то чувствую, как от меня им пахнет, поэтому я стараюсь говорить потише, — раньше ты называл меня “цыпой”, “бешеной курицей” и другими прозвищами.
Ты на меня злишься?
— Я всех называю “цыпами”, — коротко отвечает Камиль, — так можно не запоминать имена.
Я чувствую, что улыбаюсь.
— То есть, раз ты запомнил мое имя, то у тебя ко мне особое отношение? Мне это нравится. Куда мы, кстати, едем? Может, не станешь меня оставлять дома и возьмешь меня с собой? Дома мне будет скучно.
А так мы можем поболтать по дороге и… развлечься. Как-нибудь.
Слова сами вылетают из моего глупого рта, несмотря на двусмысленность моих интонаций. Камиль не отвечает. Он поворачивает в мою сторону голову и на половину его лица ложится тень, пока он зачем-то пристально рассматривает меня.
— Пожалуй, тебя стоит отконвоировать в твой родной дом. Ты пьяна вхлам.
— Зато такая я более… веселая.
