Потом смотрит куда-то в сторону и его взгляд мне кажется дико напряженным, что ли. Как у человека перед прыжком с парашютом.
— Даже не знаю, что хуже — если б ты была меркантильной и согласилась бы, или вот это, — произносит Хазар и снова смотрит на меня.
Когда он наклоняется и шепчет мне на ухо следующие слова, то у меня мурашки пробегают по коже от двух вещей: от того, что он задевает меня губами, и от его тона.
— Никогда не думал, что ты станешь такой, Ева. Просто… блядь. Вот такой.
— Какой? — едва выдавливаю я, — подстилкой?! Или как ты там меня называл? Почему ты вечно на меня наезжаешь? Ты даже не знаешь, как я жила до того, как…
— Красивой, — произносит одно-единственное слово Хазар и я замолкаю, оставшись с открытым ртом.
Сердце пропускает удар… нет, несколько ударов. В груди на несколько секунд повисает мертвая тишина.
Дьявол, что?!"
"Он отстраняется, и я чувствую, будто он пронзает меня напоследок своим взглядом. Выругавшись, он бьет со всей силы в стену кулаком, а я вздрагиваю.
— Прощай, наверное, — бросает он, и, резко развернувшись, уходит дальше по коридору.
— Ты чего?.. — глупо выдаю я тонким голосом, — Хазар! Эй! Это что было?!
Мои брови все никак не могут вернуться в обычное состояние. Они ошалело приподнимаются домиком. Блин. Что это было? Я настолько ошарашена, что даже про Лялю на секунду забываю. Зачем Хазар мне это все сказал? Точнее, он сказал почти ничего, но… в последнюю минуту у него был странный тон. Какого дьявола у меня трясутся руки?!
Я, резко выдохнув, захожу на кухню, толкнув дверь.
— Мне нужен телефон, одолжи, пожалуйста, — выпаливаю одним предложением я, и Камиль, который сидит за столом, занеся вилку над тарелкой с чем-то вкусным, поднимает на меня взгляд, — что с Хазаром, кстати? Куда он уходит?
— А что с ним не так? — интересуется Камиль, без споров вытаскивая из кармана и протягивая мне свой телефон. Я отмечаю отдаленно этот акт безграничного доверия ко мне, но поразиться не могу. Все мысли заняты сценой в коридоре.
— Он попрощался, — я решаю не болтать о том, что Хазар мне там наговорил и как вообще вел себя.
— Потому что его могут посадить, — Камиль перекладывает с колен ноутбук на стол, и разминает пальцы, — из-за человека, которого я сегодня убил. Точнее, не могут, а сделают это точно. Сегодня-завтра. Ну, максимум через неделю.
— Ты ему платишь за это? — спрашиваю я, сглотнув ком в горле, а Камиль пожимает плечом неопределенно.
