Холод, который касается кожи с каждым потерянным элементом одежды, странно играет на нервах, словно нарочно касаясь самых чувствительных мест. Как только на пол падает бюстгальтер — я прикрываю руками грудь, покраснев.
— Джинсы сама.
Я послушно, кое-как изогнувшись, снимаю с себя джинсы. Остаюсь в одних трусах.
— Может, я…
— Чего ты тормозишь, цыпа? Я уже видел все. Мы с тобой уже переспали и мой член был между твоих ног. Тебе вроде бы, нечего уже бояться, — его откровенные фразы просто уничтожают мои нервы, как огромной кувалдой бьют по броне из скромности.
— Перестань, — шиплю я, и снимаю быстро последнюю деталь одежды, опасаясь поднять на Камиля взгляд. Мне стыдно, о-о-о-о. Боже. Невероятно просто. Он же все видит. Наверняка рассматривает.
Я чувствую прикосновение к плечу. Камиль ведет подушечкой пальца линию, опускаясь вниз на ребра, на живот, заставляя нервно дернуться и замереть.
— Успокойся, — его голос становится глубже. Более проникновенным. Ему хочется подчиниться и в нем я не чувствую тех резких интонаций, — Я мог бы с тобой сделать много плохих вещей, но, как видишь, не делаю.
Не дергайся.
Я взлетаю неожиданно в воздух, потому что убийца берет меня на руки, а потом задницы касается горячая вода с пеной. Пузырьки смешно лопаются, щекоча кожу. Камиль опускает меня в ванную, и я тут же отворачиваюсь, закрыв глаза рукой, потому что замечаю, что и он собирается раздеться.
Ох, черт.
За спиной раздается тихий всплеск. Водная гладь с горами пены вздрагивает и поднимается, когда Камиль садится позади меня, а в следующую секунду, его руки под водой обхватывают меня за талию и притягивают назад.
— Ты что, голый? — вырывается у меня сипло. О, какой же глупый вопрос. Я прекрасно чувствую спиной его достоинство. Камиль очень удачно устроил меня между своих ног. Чтобы площадь соприкосновения с его телом была как можно больше. Видимо, чтобы я хорошо прочувствовала, с чем мне сегодня придется иметь дело, и какое тело будет вдавливать меня в те самые черные простыни.
— А ты часто принимаешь ванну в одежде?
— Я впервые это делаю с голым мужчиной!
— Приятно быть первым, — его рука неожиданно выныривает возле меня.
Контуры тату из-за воды становятся еще темней, а потом широкая ладонь ложится мне на грудь так, словно там ей и место. Медленно скользит вверх и неожиданно обхватывает меня за горло. Камиль заставляет откинуться на него целиком, и тихо произносит на ухо:
— И я буду во всем у тебя первым, цыпа. Ты меня надолго запомнишь.
