— С меня хватит! Иди теперь ты!
— Ладно, — он удивительно легко согласился и пошел вперед по коридору — наверное, почувствовал, что других ловушек не будет.
Ипполит свернул гравюры, спрятал их у себя на груди и подошел к шкафчику с посудой у стены котельной. Он отодвинул шкафчик. За ним на стене висел плакат, на котором весьма живописно изображались последствия ядерного взрыва.
Ипполит отогнул край этого плаката.
Под ним обнаружилась небольшая дверка.
Вера невольно вспомнила любимую книжку своего детства — «Приключения Буратино».
Там заветная дверца тоже была спрятана за рисунком на стене. Только на том рисунке был обычный очаг, а на этом плакате — очаг ядерного поражения."
"Ипполит толкнул дверцу, отступил в сторону и проговорил:
— Идите вперед, там лестница. Спускайтесь осторожно.
— А вы? — спросила его Вера, вглядываясь в темноту за дверью.
— Я пойду следом. Мне нужно здесь еще кое-что сделать.
Вера кивнула и начала медленно, осторожно спускаться в темноту.
Ипполит тем временем приставил к стене табуретку, поднялся на нее и подвесил над дверью тяжелую чугунную трубу.
Затем забрался в дверной проем и придвинул шкаф на место. Теперь, если снова отодвинуть шкаф, веревка, на которой держалась труба, должна оборваться, и труба упадет на того, кто стоит под ней.
Стараясь не нарушить неустойчивое равновесие, Ипполит прикрыл дверь и стал спускаться по лестнице вслед за Верой.
— Вы здесь? — проговорила она, услышав его шаги за спиной. — Долго еще спускаться?
— Нет, недолго!
— А у вас нет никакого фонарика? А то я боюсь в темноте переломать руки и ноги! Лестница очень крутая…
— Потерпите еще чуть-чуть, скоро станет легче!
В голосе Ипполита Вере послышалась насмешка, но она не обиделась, а устыдилась — он все-таки старик и легко переносит все эти трудности, а она разнюнилась.
Вера прижала руку к карману, чтобы почувствовать амулет, и это придало ей сил. Ипполит же тихонько вздохнул и прижал руку к колотившемуся сердцу — годы дают о себе знать…
— Ну вот, кажется, спуск кончился… — донесся снизу Верин голос, — что мне теперь делать?
— Сейчас, одну минуту…
Ипполит тоже спустился с лестницы, нашарил в темноте какой-то пакет, достал из него свечу, чиркнул спичкой — и темнота расступилась, точнее, отодвинулась на несколько метров.
Впереди оказался длинный сводчатый коридор, стены которого были облицованы старинным клинкерным кирпичом.
— Что это за место? — спросила Вера, невольно понизив голос.
