— Если судить по тому, что происходит сейчас, то шансов у меня и правда нет, я просто возьму и стану императором, не играя в игры.
— Вы бы знали, как нам уже надоело вежливо отвечать. С нами связались уже и люди Гриши, и люди Феди. Только люди вашей сестры молчат.
— Почему же?
— Понимают, что это бесполезно, мы же ваши союзники, цесаревич, — князь подносит к губам рог с вином.
— Многие могут сказать вам, что вы слишком рискуете, поддерживая меня.
— А разве не в риске всё удовольствие от жизни?
— Тут я с вами соглашусь, — улыбаюсь я и поднимаю рог с вином.
Ужин продолжается, вино льется рекой, но при этом разум в разговорах никто не теряет. Княгиня поднимает очень интересную тему:
— Мне кажется, что сила родов вырождается.
— Почему же? — спрашивает ее муж.
— Сам посуди, заметна стагнация. Те же рода двести лет назад были гораздо сильней, чем сейчас.
— Спокойные времена рождают слабых личностей, — предполагает Эрика.
— В таком случае следующее поколение должно быть чрезвычайно сильным, — отвечает княгиня.
— Скоро в империи начнется смута… Вернее, уже началась."
"Мы долго обсуждали эту тему, и я согласился к княгиней. Скоро у дворянских родовой попросту не останется выбора — они либо станут сильнее, либо умрут. Просто спрятаться и переждать не получится, неспокойные времена затронут каждую семью в империи. И возвысят тех, кто будет к этому готов.
— Дмитрий Алексеевич, а вы надолго к нам? — интересуется Эрика.
— На некоторое время я задержусь на севере, хочу помочь вам с одним делом, — отвечаю я.
— С каким? — спрашивает князь.
— Не одолжите мне небольшой отряд? Примерно в сто человек. Хочу отправиться на охоту.
— Охота — это хорошо. Но сто человек может быть маловато. У нас земли обширные, а крысы норы копают глубокие, их так просто не найти.
— Я приложу все усилия.
— Какие вам люди нужны, цесаревич?
— Которые могут держать язык за зубами.
— А я думал, что вам нужны лучшие.
— Иногда преданность и разум важнее силы и дурости.
— Будут вам люди, — кивает князь.
— Но вы же понимаете, что проблем не избежать? Отговаривать не стану. Но попрошу быть осторожным.
— И я вам за это признателен, — слегка улыбаюсь я.
Мало кто из моих союзников дошел до того этапа, чтобы не тратить ни мое, ни их время лишними уговорами отказаться от очередной идеи, а просто пожелал бы быть осторожным и предложил любое содействие.
— А мне можно с вами? — внезапно спрашивает Эрика.
— Нет! — резко отвечает князь.
