Суперское имечко у парня! Это все. Остальные либо умерли, либо уехали.
– Где проживает Анкибу Родионов? – занервничала я. – Есть адрес?
– Конечно. Прописан вместе с дедом! Улица…
Я быстро перебила Валерия:
– Мне нужно фактическое место проживания, а не дом, в котором он прописан!
Овсянкин растерялся.
– И как я его тебе найду?
– Не знаю!
– Мне потребуется много времени.
– А кому сейчас легко? – не успокаивалась я. – С пропиской просто разобраться – влез в компьютер, и готово. Но возьмем мою подругу Оксанку. Она зарегистрирована на городской квартире, но там ее уже пару лет не видели, Ксюта живет в поселке в области, она себе дом построила.
Кстати, дедушка Бусыгин коротает денечки в пансионе «Солнечный парк», а значится проживающим совсем в другом месте.
– Таких граждан пруд пруди, – согласился Валерий.
– Вот и добудь мне истинный адрес Анкибу.
– Не злись, – вздохнул Овсянкин, – подумаю над этим. Теперь об Алене Фурыкиной.
– Стой! – велела я помощнику. – У Анкибу Родионова была жена. Дай ее координаты.
– Это легко, – забубнил Валерий, – но данные снова будут по официальной регистрации. Так, так… ты ошибаешься! Анкибу никогда не оформлял брак.
– Почему? – удивилась я.
– Умный человек, – вздохнул Овсянкин. – Или свою маму послушал. Родители плохого не посоветуют!
– Но мне известно, что некая Жанна называет себя его бывшей супругой.
– И ничего странного, – сказал Овсянкин. – Гражданский брак, отношения не скреплялись штампом, никакой ответственности, и детей небось нет. Да уж, только дураки учатся на своих ошибках, а умные учитывают печальный опыт других и пользуются презервативами.
– Твоя тройня приехала домой! – догадалась я. – Почему же счастливый папаша торчит в рабочем кабинете?
– Кто-то же должен семью кормить, поить, обувать, одевать? – тяжело вздохнул Валера. – Да и дел полно, днем не успеваю все переделать. Ничего, я здесь на диване спать лягу.
– Насчет ботиночек для новорожденных пока не беспокойся, – язвительно сообщила я, – всякие там сапожки и сандалики им еще месяцев восемь не понадобятся, можешь временно вычеркнуть из бюджета данную статью расходов.
А вот бросать в сложной ситуации жену некрасиво. Думаешь, у нее двенадцать рук?
– Там народу, как тараканов, – мрачно отозвался Овсянкин. – Моя мать, теща, тесть, две сестры, все помогают, в квартире не повернуться!
Я захихикала:
– И ты удрал от семейного уюта? Прикрылся службой?
Овсянкин обиженно засопел:
– Вообще-то, я считал, что нам и одного ребенка заводить рано.
