Я сам пристальным неотрывным взглядом следил за дверьми, когда они откроются.
Мне было важно, чтобы они открылись и вышел врач, и сказал, что все обошлось, что с Есенией ничего не случилось, чтобы знать, что Еся в порядке.
Я стоял.
Наблюдал за тем, как минута за минутой ничего не происходило, и впадал в отчаяние.
Что могло не так пойти в родах, она же родила. Почему потом началось все плохое? Почему?
Я только сглотнул, нервно прошёлся вдоль входа в родовые, зажал пальцами глаза, запустил руку в волосы, дёрнул сам себя.
Дебил, старый дурак, она ж боялась и переживала. Надо было нахрен эту Ладу сразу послать. Ну я же такой, мне же надо и на ёлку залезть, и жопу не ободрать. Я же думал, все умудрюсь и с партнёром отношения не испортить, и перед Есенией выкрутится, да, хотя что мне выкручиваться то было, таскал я Ладу с собой на все мероприятия. Ну и что? Она все равно работала как ассистент, собирала информацию, записывала данные будущих партнёров и ничего более. И вдруг ей почудилось, что что-то не так.
Что-то большее. Надо было ей дёрнуться стерве именно в тот день, когда Еся решила прийти.
Я тяжело вздохнул и резко обернулся на лязг защёлки.
Наш акушер вышел из дверей и наткнувшись на меня взглядом застыл.
Дрожащей рукой медленно стянул повязку с лица.
— Рустам Булатович…
Глава 39
Рустам.
—Рустам Булатович, — тихо повторил наш врач, а я сжал кулаки до посинения, потому что мне не нравилась интонация, мне не нравилось то, с каким лицом вышел из родовой медик.
— Что случилось? — Спросил я холодно и безэмоционально, потому что подозревал, что, как только услышу я ответ, меня затопит дичайшей лютой болью.
—Такое случается крайне редко. У трех девушек из миллиона. Это примерная статистика. У вашей супруги произошёл разрыв яичника. Нам пришлось экстренно оперировать её и к сожалению, сохранить яичник левый не удалось. Из-за кровотечения, из-за родов мы не можем спрогнозировать, как было бы, если бы мы пробовали сохранить его. Кровь могла потом выпадать в брюшную полость.
Поэтому нами было принято решение об удалении.
Я только сглотнул и понял, что сейчас выйду и наложу на себя руки."
"Это была полностью моя вина и моя зона ответственности. И эту ответственность я не смог выдержать. Есения пострадала по моей вине, и таким образом я понимал, что муж из меня настолько дерьмовый, что проще удавиться.
— Сейчас состояние вашей супруги будет стабилизироваться, но пока что мы переведём её в постреанимационную палату, а не в обычную.
