Что?
Может быть, я не так расслышала?
— Вы позвонили как раз в момент, когда мы осматривали вещи пострадавшего.
О боже!
Каким казенным холодом веет от этого страшного слова «пострадавший»!
Обезличенно и жестоко…
Сколько всего может скрываться за простым определением?
— Скажите, что произошло? Я звоню…
Голос становится тише, срывается предательски, но я заставляю себя продолжать говорить:
— Я звоню своему мужчине, он должен был заехать за мной еще три-четыре часа назад, но не приехал.
— Стало быть, вы его невеста? Отмечены, как любимая.
— Девушка, — шепчу едва слышно.
Имею ли я право назвать себя девушкой Семена? Плевать… Сейчас я больше всего хочу оказаться рядом с ним, узнать, что случилось, просто прикоснуться к нему.
— Скажите, умоляю, он жив?
— Врачи увезли его на скорой помощи. Он был жив, но гарантий лично я вам дать не могу. Также мы должны точно установить личность потерпевшего…
Ноги и руки стынут.
Не о таком вечере я мечтала… Подобное я даже в кошмарном сне предположить не могла!
Но и отказаться не могу, ни одной мысли не промелькнуло.
— Да. Да, конечно. Я приеду. Сейчас же приеду… Скажите, куда?!
***"
"Оказывается, полицейские патрулировали дорогу. Их внимание привлек автомобиль, оставленный на обочине. Машина выглядела брошенной. Водителя не было на месте. Полицейские осмотрели местность и обнаружили мужчину. Он лежал в нескольких десятков метров от автомобиля. Он был сильно избит и без сознания. Его кошелек был выпотрошен, экран телефона разбит.
Документов не обнаружилось… Но полицейские «пробили» данные по номерному знаку автомобилю и предположили, что избитым человеком мог быть Семен. Требовалось более точно опознать его.
Я едва устояла на ногах, когда увидела его настолько сильно избитым. По такому лицу, превращенному в опухшую мясную лепешку, было не разобрать черт. Но я узнала Семена… Это был он. Его руки, пальцы, его тонкая чернильная татуировка в виде простой веревочки, опоясывающей левое запястье.
Хорошо, что именно я дозвонилась до Семена первой.
Представляю, как бы сильно расстроились его старенькие родители, увидев любимого сына в таком состоянии.
К сожалению, Семен пока не пришел в себя, поэтому мне оставалось только ждать его пробуждения и молиться, чтобы все обошлось.
На фоне переживаний за жизнь Семена я даже почти перестала думать о предстоящем разводе и разделе имущества. Меня и Матвея должны развести на днях, а потом нас ждут длительные тяжбы по разделу имущества.
