Ей с самого начала не очень нравилось это место, и менять свое мнение она не собиралась. Но Цицерон уговорил ее остаться.
— Женщина, которая причинила тебе столько боли, никогда больше тебя не обидит. Может, она и подняла на тебя руку, но даю слово: я освежую ее заживо.
А еще он, к своей огромной радости, узнал, что после двухлетнего отсутствия Аттик возвращается из Эпира.
Едва добравшись до городских ворот, Аттик тут же явился осмотреть заново отстроенный дом Цицерона. В отличие от Квинта, он ничуть не изменился.
Его улыбка осталась прежней, а любезность была все так же преувеличенной:
— Тирон, мой дорогой, огромное тебе спасибо за то, что ты так преданно заботишься о моем старейшем друге! — воскликнул он, увидев меня.
Он сохранил прежнюю гибкость, серебряные волосы были все такими же гладкими и тщательно остриженными. Разве что теперь за ним шла застенчивая юная девушка, моложе его не менее чем тридцатью годами, которую он представил Цицерону… как свою невесту!"
"Я думал, что Цицерон упадет в обморок от потрясения.
Девушку звали Пилия. Она была из никому не известной, небогатой семьи, да и особой красотой не отличалась — просто тихая, домашняя, сельская девочка. Однако Аттик был до безумия влюблен в нее.
Поначалу Цицерон крайне огорчился.
— Это нелепо, — проворчал он мне, когда пара ушла. — Он ведь на три года старше меня! Кого он хочет заполучить, жену или сиделку?
Думаю, больше всего его задевало то, что раньше Аттик не упоминал о ней: Цицерон беспокоился, что девушка может повредить их тесной дружбе.
Но Аттик был так счастлив, а Пилия — так скромна и жизнерадостна, что вскоре Цицерон изменил мнение о ней в лучшую сторону. Порой он поглядывал на нее чуть ли не тоскливо, особенно когда Теренция пребывала в сварливом настроении.
Пилия быстро стала близкой подругой и наперсницей Туллии. Они были одного возраста и похожего нрава, и я часто видел, как они идут куда-нибудь вместе, держась за руки. Туллия к тому времени уже год как овдовела и, поощряемая Пилией, объявила, что готова снова выйти замуж.
Цицерон навел справки о подходящих женихах и вскоре предложил Фурия Крассипа — молодого, богатого, красивого аристократа из древней, но ничем не примечательной семьи, страстно желавшего сделаться сенатором. Крассип недавно унаследовал красивый дом с садом сразу за городскими стенами. Туллия спросила, какого я мнения о нем.
— Не важно, что я думаю, — ответил я. — Вопрос в другом: тебе он нравится?
— Думаю, да, — призналась молодая женщина.
