Кажется, я теряю себя одного, и нахожу нового — ответственного семьянина с горячо любимой женой. И это ещё одна причина закончить все побыстрее, завершить нашу сделку, забрать свое, и отпустить эту женщину в свободное плавание. Мы с ней из разных миров. Она настоящая, искренняя женщина, с правильными жизненными ценностями. А я непостоянен, заносчив и могу в миг разрушить все, что она будет строить. Нам совершенно не по пути. На голом сексе и бешеном влечении отношений не построишь, по крайней мере, не с ней.
Чтобы сделать Викторию счастливой, ей нужно отдать душу, а я, к сожалению, не готов к такому шагу, ни с ней, ни с кем-либо другим.
— Виктория, я не голоден и очень занят, — раздраженно отвечаю я. — Я же просил тебя не готовить на двоих. Это — обязанность Елены Владимировны! — я сам не знаю, зачем повышаю тон, ведь Виктория ни в чем виновата. Это у меня другие планы на жизнь. Я злюсь, скорее, на себя за то, что меня нещадно втягивает во все это. Но срываюсь на нее. Вика закусывает губы, растерянно моргает, теряется.
— Эм… — запинается, не знает что сказать. — Хорошо, — отвечает она, а в глазах такая обида плещется. Быстро разворачивается и выбегает из кабинета. Я впервые ее обидел. Но так даже лучше, нельзя давать ей надежду, что между нами что-то большее, чем секс и общее дeло. Откидываюсь в кресле, зажмуриваю глаза. А самому не спокойно. Гадко на душе становится от того, что посмел обидеть ее. Черт, как все могло выйти за рамки дозволенного? Виктория шаг за шагом погружается в мою жизнь, не спрашивая, хочу ли я этого или нет.
Эти чувства выводят меня из себя, и я совершенно не понимаю, что с этим делать. И в то же время мне все это нравится. Чертовски нравится ощущать эту женщину всегда рядом с собой. В постели, на кухне за завтраком, вечером за ужином. Так какого хрена я только что сорвался на нее из-за собственной неуверенности?!
Подрываюсь с кресла, беру с собой телефон, потому что не могу пропустить звонок, который должен решить все и ускорить наши планы.
Выхожу в гостиную — тишина. Вкусный аромат еды доносится из кухни, но Виктории там нет, и видно, что сама она тоже не ела. Ну что, вот и настал в моей жизни момент, когда я должен извиниться перед женщиной. Только ведь я этого не сделаю в общепринятом понятии. Я никогда не признаю своей вины, даже если я не прав.
Прохожусь по квартире, слышу звук льющейся воды из ванной комнаты. Дергаю за дверную ручку, и она поддается.
