Вот и гуляла ведьма по округе – высматривала, вынюхивала, подглядывала черными глазищами – все подмечала. Парней высматривала, да с молодыми мужиками заговаривать пыталась. Бесстыжие и распутные мысли по-прежнему роились в ее голове.
А ведь, бывало, зайдет она в новое селенье, хоть и молодая, но с клюкой, и плетется от тына к тыну.
Однажды в жаркий день, в самом конце лета постучалась к хозяевам крайней хаты и спросила жалобным голосом:
– Дайте, степенные люди, путнице вашей прохладной водицы напиться, а то умаялась вся дорогу пятками гладить.
Вышли к ней в тот день из чистенькой да ладной избенки уже немолодые муж с женой – лица черные от горя.
– Исполать тебе, путница! – поклонились они. – Нако вот попей из крыночки парного молочка коровьего.
Ведьма насторожилась, пропуская окрестные запахи через широкие крылья носа, все разом охватила и поняла. Она приняла крынку, отпила молоко и спросила хозяев:
– Где он? Вижу, лихоманка в ваш дом пробралась. Все-то у вас рядком да ладком, а вот горе горькое склизкой гадиной за грудь ухватилось и режет.
А ну, показывайте хворого, а то пора мне.
Муж с женой переглянулись и повели страшную гостью к себе в горницу. Там на лавке, на шкурах лежал под плотным лоскутным одеялом малец семи лет. Черные круги вокруг глаз сверкали тьмой, предвещая скорую смерть.
– В прошлую зиму доченька наша померла, – с горечью в голосе пояснила хозяйка. – А нынче внучек захворал шибко. На заморозки в реку упал и, мокрый, на ветру застудился насквозь.
Это наш Соколик…
Ягуша задохнулась, резко повернулась к этим несчастным людям, разыскивая подвох в их лицах. Ее потусторонний взгляд блуждал по их прикрытым векам и не находил издевки. Да и откуда знать этим простым селянам, что и у нее когда-то был сынок по имени Сокол.
Люди увидели ее жуткий взор и отшатнулись, пытаясь заслонить полумертвого мальчика от ужасающей ведьмы – в том, что перед ними лесная ведунья, они не сомневались.
Ягуша все поняла и неожиданно успокоилась. Она молча отстранила в сторону мужчину и женщину. Ведьма сердито цыкнула на них и плюхнулась на колени, склонившись над тяжело дышащим ребенком.
Она приоткрыла затхлое одеяло и сразу все увидела и рассмотрела все мельчайшие подробности! Так и есть! Застудился паренек. Грудь Сокола трудно вздымалась, а затем с еще большим трудом выталкивала из себя тугой воздух, она пылала в магическом зрении ведьмы.
