На меня! На хрупкую шатенку в дешёвом нежно-голубом сарафане с кружевом по подолу.
А потом, отбросив сигарету, он шагнул ко мне. Провёл кончиками пальцев мне по запястью, и я пошла за ним по одной из тропинок парка, совершенно забыв, что нельзя разговаривать и тем более идти за незнакомцами.
Но он мне казался тем самым не принцем, а королём из сказки, который просто решил прогуляться. И я шла за ним до парковки. И молча, без единого слова, села в спортивное авто, просто потому что хотела. В свете вечернего города мы приехали в гостиницу.
Зашли в номер.
Мне было отнюдь не пятнадцать лет, чтобы я удивилась такому повороту событий. Мне было до одури страшно, но именно тогда впервые показалось, что все в моей жизни шло правильно.
И острый поцелуй на грани укуса ещё в прихожей, которая запомнила, наверно, навечно мои стоны от того, как язык Матвея проник внутрь, как огладил губы, задел зубы. Как он танцевал самим поцелуем, показывая, на что ещё способен. Меня оглушали такие противоречивые чувства.
Я так боялась всего, особенно его, что просто кивнула, когда Матвей проронил:
— Матвей. И ты можешь уйти в любой момент.
Я судорожно второй раз кивнула и осталась. До утра. Которое оказалось смазано множественными оргазмами, поцелуями, самыми постыдными прикосновениями, от которых моя кожа плавилась, а нервы натягивались чуть ли не до звона.
И короткая фраза, которая не разрушила сказку совместного утра:
— Мне кажется, ты идеальная… — шептал Матвей, проводя языком мне по шее, отчего внизу живота все скручивало в тугую спираль, и я ничего не могла поделать с тем, что не стыдилась своего поступка, а просто поступила правильно, поверив незнакомцу из парка.
И моя сказка могла окончиться, как только я села в такси, но она продолжилась вечером со звонком Матвея:
— Хочу тебя… — его голос охрип, и Матвей спустя мгновение продолжил: — Увидеть. Сильно.
Вот именно его способность правильно подобрать минимум слов, сказать такое, от чего любой человек поверит, как поверила я в то первое наше утро, меня сейчас и пугала.
— Я не изменял тебе, Уль… — шептал Матвей мне в волосы. — Я докажу это. Поехали домой.
— Нет. Я не верю тебе, как ты не понимаешь, — всхлипнула я и вытерла отворотом пальто мужа свои глаза. — Не верю. Потому что если ты мне не изменял, почему ты ждал все это время? Почему не приехал? Почему сразу все не объяснил?
Последнее я сказала и стукнула кулачком в грудь Матвея.
