Слова только начинали звучать, а ответ «конечно», уже светящийся в глазах, сопровождался ударами друг о друга ее, совершенно сухих ресниц, чуть позже с трудом выдавливаемый из горла комками скорби. Надежда очень быстро надоедала, в том числе и им, поскольку все ее интересы, вопросы, стремления, рассказы носили одно имя. Она могла несколько раз за день звонить, задавая один и тот же вопрос, зная заранее, что ничего не изменилось, но звонила и интересовалась.
Рыча про себя от бессилия и безвыходности на могиле любимого, она сама слышала этот звук, разрывающий тишину кладбища, заряжающий все окружающее ненавистью — настолько высока была концентрация злобы.
Собирая в кулак и копя силы для преодоления следующего часа, она помнила только одну фразу, сказанную ей как бы самим Богом.
В день её прощания с телом Тимура дома, ее уединение прервал неожиданно вошедший Александр Калинин, державший в руках Библию:
— Надюшь, открой на любой странице.
— Ну…
— Теперь прочитай первую строчку, на которую упадет взгляд.
— «СПОТЫКАЮТСЯ ТОРОПЛИВЫЕ НОГИ»…
— Это слова, которые хочет тебе сейчас сказать на прощание твой муж… — Каждый день она не только вспоминала эту фразу и саму прерванную ей мысль, одолевающую ее постоянно: «Первое, что я завтра сделаю — возьму пистолет, доберусь до офиса «МАРВОЛ», дождусь Ческиса и разряжу в него всю обойму!» — и ничего не помогало!
Ослушаться она не могла, поскольку была уверена — именно Тимур направляет ее и останавливает, хотя ждать до сих пор так и не научилась! Терпение и ожидание — это еще две добавочные мучительно стягивающие веревки, мучившие ее постоянно.
Но она почему-то знала: если выдержать этот день, то можно и следующий. И это верно — Господь дает силы на каждый сегодняшний, значит, даст и на завтрашний. Так прошло десять с половиной лет!..
Первый Новый год без НЕГО праздновался в клубе «Арлекино». Ее пригласили те самые спортсмены, «соклубники» мужа. Через три недели, после Нового года ребята решили, поддерживая Надю, посетить могилу Тимура именно в день гибели, что логично.
В этот день они стояли вокруг нее и её родственников против собравшихся «марволят»: Галушко, Ческиса, Головина в сопровождении крепких парней, присланных Олегом Пылевым. Брат Дмитрия принес двухгодовалого Георгия с цветочками для папы в ручках.
Эти дни оказались для «марволят» днями противостояния, как я писал выше: конфликтом «отца» «МАРВОЛА» Марком Волошиным со своими «детьми» по поводу возврата двигателей и ракет.
