За Кириллом пришлось понаблюдать, что узнать пин-код его телефона и скопировать отпечаток пальца.
Меня не мучила совесть. Совсем. Может, это и плохо. Но если предположить, что мои опасения имеют под собой основание, то какова вероятность того, что кто-то из них троих расскажет мне правду? Мне кажется, что они будут лгать, глядя мне в лицо. Поэтому тут я была солидарна с Сергеем Владимировичем — лучше, если нагну я, чем, если нагнут меня. Давлатов мне открыто говорил, что у нас с ним больше общего, чем мне кажется.
И если бы я была парнем, то он бы уже задействовал меня в бизнесе. Я ему на это ответила, что его предрассудки по поводу моей половой принадлежности — глупость.
Теперь мне нужно было добраться до телефона Платона. А для этого нужно было встретиться с ним лично. Этого мне не очень хотелось. Хотя… Временами мне тянуло его увидеть. Но я гнала от себя любую возможность дать слабину.
Доступ и к Платону, и к его телефону появился сам собой. Кирилл уехал в командировку, а Ириска стала меня активно зазывать в клуб.
Я согласилась, про себя подумав, что нужно следить за бокалом, а лучше вообще ничего не есть и не пить.
Вопреки моим ожиданиям Хромов не караулил меня на входе в клуб, да и там его тоже не было видно. Собралась неплохая компания. Часть ребят подтянулась из Пирогова. Мы хорошо отдыхали.
Только расслабилась я рано. Когда веселье было уже в самом разгаре, я стала чувствовать себя неуютно. У меня буквально зачесалась спина между лопатками. Я несколько раз оглядела зал, но ничего подозрительного не заметила.
Сама себя отругала за паранойю.
Однако сделала это рано. На диван напротив опустился хмурый Платон.
— Весело тебе? — его голос был холоднее Северного Ледовитого океана.
— Да, — невозмутимо кивнула я головой.
— А мне — нет, — теперь в его словах зазвучали нотки сдерживаемой ярости, — Лен, ты зачем это делаешь, а?
Я уставилась на него во все глаза. Было очевидно, что мужчина взбешен до крайности. И явно не длину моего платья собирается обсуждать.
Глава 6
Задушевный разговор у нас вряд ли получится. Но как тогда добраться до его телефона?
— Что именно? — осторожно уточняю.
Совершенно очевидно, что думаем мы по-разному, и, прежде чем начинать отвечать, нужно точно узнать, что он имеет в виду.
Он запрокидывает голову и смеется. Смех только какой-то очень недобрый.
— Я про Кирилла сейчас. Ты зачем с ним трешься?
Категоричный тон заставляет меня закусить удила.
