Я открываю дверцу шкафа, и у меня перехватывает дыхание: все его вещи исчезли. Нет. Этого не может быть.
Я бегу обратно к кровати и беру свой мобильный. Звоню ему.
— Вы позвонили Сину… — и сразу на голосовую почту.
Я звоню снова. То же самое. Решаю позвонить Кире. Она отвечает на втором звонке.
— Где ты? — выпаливаю я, не дожидаясь ее приветствия.
Зайдя в очередной раз на кухню, я хватаю ключи от машины.
Она зевает.
— В доме Лордов.
— Син там? — я надеваю туфли, которые лежат у входных дверей.
Я наклоняюсь, и кожа на спине натягивается, напоминая о татуировке, которая теперь останется на всю жизнь.
— Я его не видела.
— Его машина там? — требую я.
— Элли.
— Кира, пожалуйста. Проверь для меня, — я бегу вниз по ступенькам и к своей машине, припаркованной на подъездной дорожке.
— Дай мне посмотреть, — вздыхает Кира.
Через минуту она отвечает:
— Да, он здесь…"
"Я бросаю трубку и жму на газ, швырнув телефон на пассажирское сиденье. Я доезжаю до дома за десять минут, хотя в любой другой день на это ушло бы больше тридцати.
Я вбегаю внутрь, не обращая внимания на взгляды, которыми провожают меня парни. Я бегу по коридору и распахиваю дверь его спальни. Она пуста, но дверь в ванную открыта. Я вхожу и вижу, что Син только что вышел из душа, джинсы низко сидят на бедрах. В руке полотенце, которым он вытирает волосы.
— Это правда? — спрашиваю я, сглатывая комок в горле, боясь его ответа.
Мой разум говорит мне, чтобы я заткнулась, развернулась и ушла.
Чтобы избавить себя от душевной боли, которая, как я уже знаю, меня ждет.
Син поднимает голову, голубые глаза смотрят на меня как никогда пристально. Син, в которого я влюбилась. Ради которого была готова на все. Позволила бы ему сделать со мной все, что угодно. Тот факт, что на моей спине написано его имя, доказывает, как далеко я готова зайти, чтобы стать его.
Не обращая на меня внимания, он встает перед зеркалом, поворачиваясь ко мне боком.
— У меня нет времени на игры, — таков его монотонный ответ.
Игры? Я хватаю его за руку и снова поворачиваю лицом к себе.
— Это не долбаная игра, Истон, — огрызаюсь я. — Это правда?
Син сжимает челюсть, и отводит от меня взгляд.
У меня перехватывает дыхание. Я поднимаю руки, чтобы прикрыть рот, и, спотыкаясь, делаю шаг назад к двери, закрывая нас.
— Все это?
Я не могу удержаться, чтобы не спросить. Мне нужно, чтобы он это сказал.
