Мириады черных мушек пронеслись перед глазами.
– Не пойду!
– Пойдете! – Красавцев дернул ее за руку, словно упавшее дерево за ветку, и поставил тяжелое тело-ствол вертикально.
Голова закружилась еще сильнее. Батутовна навалилась на генерала, прижалась к его груди, как недавно умирающий Раф. Анатоль обнял тещу за плечи и уравновесил. Она тоже обвила его торс пухлыми ручками, тихо всхлипнув, уперев лоб в подмышку зятя.
Поднялся ветер. Дубы зашелестели остатками листьев, будто аплодировали тем, кто остался на арене.
Тем двум, кто стоял, обнявшись, сроднившись в своем одиночестве, принявшим друг друга без покаяния. И тому одному, кто лежал лицом в палой листве, с нержавеющей сталью в сердце. Тому единственному, нежному, преданному мальчику, который наконец встретил маму и, целуя ее веки, виски, щеки, вспенивал ладонями гриву роскошных темных волос…
* * *Они шли очень медленно. Батутовна семенила, словно пыталась выгладить утюгами-кроксами бесконечно длинную циновку из влажных листьев.
Красавцев прилаживался к ее ходу, делая маленькие шажки, поддерживая за локоть.
Моментами он забывался, возвращался к лицу Рафа. Внезапная перемена торжества в чертах зэка на гримасу смерти впечаталась в мозг. И вместе с этим пришло осознание своего кромешного поражения. Своей трусости – так и не выпустил добровольно кортика из рук. Своего незаслуженного освобождения из удушающего плена – старая немощная женщина отследила врага и совершила то, что должен был сделать он.
Он – Анатолий Иванович Красавцев, генерал-майор в отставке, сын легендарного разведчика…
Солнечный свет лег на гирлянду опят под знакомым пнем.
«Вот он, бесславный обратный путь», – усмехнулся Анатоль и тут же ощутил неимоверный голод.
Скворчащая сковородка грибов в сливочном масле затмила мысли о жизни и смерти.
– Батутовна… опятушек нарежем? Придем, поедим с картошечкой…
– И правда, – очнулась она, – мяско там в холодильнике, обжарим с лучочком…
Красавцев навалил с горкой грибов в кепку, и дорога домой стала скатертью.
* * *Они стояли возле плиты, плечо к плечу, как окопные собратья, и на двух сковородках готовили себе еду. Потом жадно глотали, запивали вином, кормили кошек и лису, вьющихся под ногами. Дальше генерал звонил корешам-ментам и докладывал о «поражении на месте задержания опасного преступника» Рафа Икаровича Баилова. Затем он, разомлевший, кемарил в кухонном кресле, слушая раскатистый храп Батутовны за стеной.
