На это я озадачилась — интересно, что становится с теми, кто из «довольно мало» так и не превратился в «еще реже»? Но, опять же, не стала расспрашивать.
— Ничего страшного, — сказала ему. — Ноги как ноги, что на них смотреть? К тому же другой одежды у меня все равно нет.
Но Мартин Вебер почему-то так не думал, растерянно уставившись на мои длинные, худые и бледные конечности.
Зато у Кайдена Ритчера внезапно испортилось настроение, когда к этим самым ногам осторожно прикасался декан, пристегивая их ремнями к стременам.
"
"Кинув на меня очередной темный взгляд, он запрыгнул на спину Зигурта. Сделал это настолько ловко, что дракону даже не пришлось вытягивать крыло. Секунда — и темноволосый был уже в седле. Пристегивать ноги к стременам он тоже не стал, а его дракон сразу же замахал крыльями, поднимаясь в воздух.
Взлетел, вздыбив облако пыли над форумом, затем пронесся над деревушкой Таккеров. Якобы случайно зацепил шипастым хвостом дом преподобного, разрушив крышу и часть стены, после чего зашел на новый круг.
Резко спикировав, он пролетел над форумом так низко, что заставил отца Таккера и его приближенных бухнуться на землю.
Мэри тоже валялась где-то рядом.
На этом черный дракон не успокоился.
Зашел и на третий круг, не позволив никому из Таккеров подняться, затем повалил статуи Богов вокруг форума, но, как я и просила, ничего сжигать не стал. Унесся ввысь, а я растерянно уставилась ему вслед.
Декан Вебер хмыкнул у меня за спиной, а светловолосый заявил, что у его кузена явные проблемы с темпераментом.
Иногда Кайдена одолевают внутренние демоны, которых он никак не научится держать в узде.
— Взлетаем, Эйвери Таккер! — произнес Мартин Вебер, и я почти сразу же почувствовала прикосновение — он прижался грудью к моей спине.
Затем и вовсе меня обнял, заставив чуть наклониться к луке седла, за которую я вцепилась двумя руками.
Тут красный дракон расправил крылья. Сделал пару шагов для разбега, замахал крыльями, после чего ринулся в воздух. Высоту он набирал почти столь же резво, как и Зигурт, из-за чего я все-таки ахнула и отклонилась.
Теперь уже сама прижималась к груди декана — меня прижимало! — чувствуя, как горячее дыхание мужчины согревает мое ухо, а его руки уверенно удерживают в седле.
Мое сердце стучало так громко, что звуки ударов отдавались в уши, заглушая слова одобрения, которые твердил мне Мартин Вебер.
Кажется, перекрикивая ветер и шум драконьих крыльев, декан говорил о том, что мне не стоит ничего бояться.
