— Хочешь, чтобы сегодня я превысила свои полномочия? — скрашиваю своей иронией наше затянувшееся молчание.
— Хочу, — вот так просто отвечает мужчина, но сколько всего тайного и порочного скрыто в этом коротком слове.
Я не спрашиваю, чего и как именно он хочет, а просто делаю то, что хочет моё тело. Притягиваю к себе за шею и одновременно встаю на цыпочки, чтобы коснуться жёстких губ в мягком поцелуе.
Богдан рвано выдыхает, но не торопит меня, и лишь его пальцы на моих ягодицах сильнее сжимаются. Скольжу языком в его рот, а пальцы запускаю в густую шевелюру на затылке и тяну пряди назад, заставляя их хозяина откинуть голову.
Забывая о нежности, впиваюсь жадным поцелуем в его открытую шею и с наслаждением втягиваю аромат горького парфюма наполовину с морским бризом. Артерия бешено пульсирует у меня под языком, выдавая крайне взволнованное состояние мужчины, но мне всё мало. Так что тянусь к его уху, чтобы озвучить то, что и так нам обоим давно известно.
— И я хочу. Тебя. До одури.
Богдана не надо просить дважды.
Он подхватывает меня под задницу и тут же вжимает в стену позади нас. Обхватываю его бёдра ногами и, не стесняясь, стону от желаемого соприкосновения, начиная двигаться вверх и вниз, чтобы хоть немного усмирить томление внизу живота и между ног.
— Ева, боже мои, полегче, — утробно рычит Аренский, подхватывая одной рукой моё бедро, а второй скользит по животу на лобок.
— Нет, — понимая, что мужчина решил одарить меня очередной интимной лаской, откидываю его ладонь в сторону.
— Не сегодня, Богдан. Просто возьми меня.
Он медлит всего секунду, но мне кажется, что вечность, прежде чем моё затуманенное сознание разрезает удовольствие, а в меня врезаются сильные бёдра. Его требовательные губы накрывают мои с низким стоном, а сильные пальцы сжимают кожу до боли, но мне всё равно мало.
Я так скучала, хотя и запрещала эти чувства самой себе … до вчера. И мне не нужен сейчас его контроль, я хочу своего мужчину — сильного, дикого и надёжного.
— Богдан, отключи мозг, пожалуйста, — хриплю я, обхватывая мужчину за голову, чтоб прижаться нашими лбами.
— Просто покажи мне, как сильно ты меня хочешь.
Он не умеет говорить о чувствах. Своих. Но мне-то надо знать.
— Ты этого не перенесешь, — то ли шутит, то ли нет. — У меня секса месяц не было, после тебя никого не было, так что, Ева, я сожрать тебя готов.
И в доказательство своих слов снова толкается в меня и кусает моё запястье, что удерживает его голову.
