– Я говорю тебе, Марк Красс, что Спартак любит их всех, до самого последнего неблагодарного человечишки в своей необъятной орде! Если бы он не любил их, он ушел бы уже год назад. Интересно, кто же он на самом деле?
– Основываясь на сведениях Гая Кассия, я пытаюсь разгадать эту загадку, – сказал Красс, спускаясь с горы. – Идем, Цезарь, ты видел достаточно. Любовь! Если он их любит, то он – дурак!
– Определенно, он дурак, – согласился Цезарь, следуя за Крассом. – И что же тебе удалось выяснить?
– Почти все, кроме его настоящего имени.
Мы можем так и не узнать его. Какой-то нерадивый архивариус не потрудился положить послужные списки в сухое место. Их невозможно прочитать, а Косконий не помнит имен. В данный момент я разыскиваю его младших трибунов.
– Удачи тебе! Они тоже не вспомнят ни одного имени.
Красс фыркнул:
– Ты знал, что в Риме ходит миф о нем, будто он фракиец?
– Да все знают, что он фракиец. Фракиец или галл – есть только два стиля борьбы. – Цезарь весело рассмеялся. – Однако я считаю, что этот миф усердно внедряют агенты сената.
"
"Красс остановился, повернулся и удивленно посмотрел на Цезаря:
– А ты умный!
– Это правда, я умный.
– И разве в этом нет смысла?
– Конечно есть, – согласился Цезарь. – За последнее время у нас достаточно развелось римлян-ренегатов. Глупо было бы добавлять в список еще одного, когда скорбный перечень включает таких военных гениев, как Гай Марий, Луций Корнелий Сулла и Квинт Серторий. Значительно лучше, если мы будем считать его фракийцем.
– Хм! – фыркнул Красс.
– Я хотел бы взглянуть на него.
– Ты сможешь это сделать, когда мы навяжем ему бой. Он ездит на очень приметном сером коне, украшенном красной кожаной сбруей и всевозможными всадническими пряжками, фалерами и медальонами. Раньше это был конь Вариния. Кроме того, Кассий и Манлий видели его близко, так что описание нам известно. Он выделяется среди окружающих – очень крупный, высокий и красивый.
Началась беспощадная дуэль, длившаяся больше месяца. Спартак пытался пробиться через фортификации Красса, а Красс каждый раз отбрасывал его назад.
Римское командование знало, что очень скоро в лагерях повстанцев закончится еда и тогда все солдаты, которые имеются у Спартака, – Цезарь оценил их численность в семьдесят тысяч – атакуют по всей восьмимильной линии, пытаясь найти слабое место римлян. Восставшим казалось, что они обнаружили его в середине стены, где траншея осыпалась под давлением весенних вод. Спартак направил людей, чтобы они одолели эту стену.
