Какая пара! Благодаря Сулле Лукулл сказочно богат, и, кроме того, он контролирует состояние Небесных Близнецов. Нет, я не хочу сказать, что наш честный, открытый Лукулл присвоил деньги Фавста и Фавсты, но что мешает ему грести проценты?
Таким образом, благодаря энергии и предприимчивости этого двадцатилетнего юноши судьба семьи Аппия Клавдия Пульхра удивительно изменилась к лучшему. Весь Рим смеется, но и искренне восхищается. Наш Аппий Клавдий стоит того, чтобы к нему присмотреться! Публий Клодий, которому четырнадцать лет, – после него-то и родилась Клодилла, которой якобы пятнадцать! – уже опасен, а его старший брат ничего не делает, чтобы обуздать его.
Очень симпатичный и не по летам развитой, с массой дурных наклонностей, так что девушкам стоит быть начеку. Но я считаю, что у него блестящий ум и со временем он может остепениться и стать образцом римских и патрицианских добродетелей."
"Что еще рассказать тебе? Ах да. Знаменитый каламбур Гнея Сициния о Марке Крассе – ты ведь не забыл о сене на обоих рогах Красса! – оказался даже остроумнее, чем мы думали в то время.
Выяснилось, что Сициний уже несколько лет очень много должен Крассу. Поэтому каламбур имел и другой нюанс: faenum значит сено, а faenerator – ростовщик. Получается, что сено, обвитое вокруг рогов Красса, – намек на денежную ссуду! Рим узнал об этом скрытом смысле, потому что Сициний – банкрот и не может заплатить Крассу долг. Я не думал, что Красс дает взаймы деньги. Но к нему не придерешься, увы.
Он ссужает деньги только сенаторам и не берет процентов. Это его способ создать клиентуру из сенаторов. Думаю, стоит понаблюдать за милейшим Крассом. Не бери у него денег, Марк. Беспроцентная ссуда – большое искушение, но Красс требует возврата, когда захочет, и никакого предупреждения! Он считает, что отдавать надо по первому требованию, немедленно. Иначе ты пропал. И цензоры (если бы у нас были цензоры) ничего не могут с этим сделать, потому что он не берет процентов. Его нельзя назвать ростовщиком.
Он просто очень хороший человек, помогающий в беде своим друзьям-сенаторам.
Ну вот и все. Теренция здорова, как и маленькая Туллия. Твоя дочь – прелестный ребенок! У твоего брата все по-прежнему. Как бы я хотел, чтобы он ладил с моей сестрой! Но думаю, нам с тобой надеяться не на что. Помпония – мегера, а Квинт – настоящий сельский житель. Этим я хочу сказать, что он упрям, прижимист и горд. И желает быть хозяином в доме.
Береги себя.
