Когда Испания узнала о смерти Квинта Сертория, его испанские приверженцы скрылись в Лузитании и Аквитании. Даже некоторые из римских и италийских солдат Сертория покинули Перперну. Перперна построил в боевой порядок всех, кто решил остаться, и в мае смело вышел из Оски, чтобы дать бой Помпею, чей резкий ответ чрезвычайно рассердил его. Кем считает себя этот пиценский выскочка, отвечая от имени Цецилия Метелла? Хотя, следует признать, Цецилий Метелл вообще не ответил.
Сражения как такового не получилось. Перперна наткнулся на один из легионов Помпея, занимавшийся сбором фуража южнее Помпелона.
Солдаты рассеялись, у них было несколько десятков телег, запряженных волами. Увидев остатки армии Сертория, люди Помпея укрылись в глубоком ущелье. Перперна в приподнятом настроении стал их преследовать. Только когда все до последнего солдата вошли в ущелье, Помпей захлопнул ловушку. С обеих сторон ущелья из укрытий выскочили тысячи его воинов. Они уничтожили остатки армии Квинта Сертория.
Легионеры отыскали Перперну, спрятавшегося в чаще, и притащили его к Авлу Габинию, который сразу же повел пленника к Помпею.
Серый от ужаса Перперна пытался торговаться за свою жизнь, предложил Помпею все личные документы Квинта Сертория, которые, скулил он, подтвердят тот факт, что в Риме имеется много важных людей, желавших победы Сертория, дабы впоследствии он захватил власть и реорганизовал Рим по принципам Мария.
– Какими бы они ни были, – сказал Помпей с каменным лицом и стеклянными голубыми глазами.
– Кто – они? – дрожа, переспросил Перперна.
– Принципы Мария.
– Пожалуйста, Гней Помпей, умоляю тебя! Только позволь мне дать тебе эти письма, и ты увидишь сам, как я прав!
– Очень хорошо, дай их мне, – коротко бросил Помпей.
Чувствуя огромное облегчение, Перперна рассказал Авлу Габинию, где искать документы (он носил их с собой, боясь оставить в Оске). С нескрываемым нетерпением он ждал, пока посланный наряд не вернулся. Двое принесли большой сундук и поставили его у ног Помпея.
– Откройте, – сказал Помпей.
Он опустился на корточки и долго рылся в свитках. Иногда он развертывал лист, читал его, кивая, что-то бормоча. Большую часть содержимого сундука он быстро просмотрел. Некоторые записи вызвали у него удивление. Когда сундук опустел, Помпей поднялся. Огромная кипа документов лежала в беспорядке на утоптанной траве.
– Собери весь этот хлам и сожги его здесь и сейчас, на моих глазах, – повелел Помпей Авлу Габинию.
Перперна ахнул, но ничего не сказал.
