Впрочем, с продовольствием в этих городах дело обстояло неважно, чему охотно поверили оба военачальника. Урожай был небогатым из-за отсутствия зимних дождей. Не хватило влаги, чтобы как следует напоить посевы во время их роста. И в период созревания летние дожди были скудными.
Поэтому обеим армиям нужно было как можно быстрее двинуться к Иберу, где урожай поспевал позднее и был богаче. Если римляне смогут добраться до него к концу секстилия, хлеб захватят они, а не Серторий. Так что посольство из Сагунта поблагодарили и отправили обратно.
Метелл Пий и Помпей не хотели задерживаться.
Рана Помпея заживала, но медленно. Зазубренное копье вырвало куски сухожилий и мускулов. Должна была нарасти новая плоть, чтобы закрыть эту дыру, прежде чем он сможет ступить на ногу. Свиненок чувствовал, что потеря государственного коня для Помпея болезненнее раны, изуродовавшей ногу. В конце концов, конь куда красивее человеческой ноги. Помпею трудно будет найти такого же коня даже на Розейских полях Сабины. А испанские лошади – маленькие и хилые.
Вполне естественно, что он снова упал духом. Метелл Пий не только был единственным победителем на Сукроне, но он еще уничтожил лучшего военачальника Сертория и его лучшую армию. Даже Луций Афраний, Марк Петрей и новый легат Помпея Луций Титурий Сабин сражались лучше, чем сам бедняга Помпей. Можно, конечно, говорить, что свой главный удар обозлившийся Серторий направил на Помпея. Но сам Помпей знал, что он не прошел испытания. А теперь, как доложили ему разведчики, этот изменник-марианец шел по их следу на север – без сомнения, ожидая следующего удобного момента.
Уже показали себя его партизанские отряды, нападая на фуражиров. Но Помпей, как и Свиненок, быстро учился уму-разуму, и в результате обе армии пострадали очень мало. С другой стороны, и продовольствия они тоже получили немного.
Затем – очевидно, случайно – они натолкнулись на армию Квинта Сертория на прибрежных равнинах, сразу же после Сагунта. И Серторий решил дать бой, взяв на себя Помпея, слабое звено в отличие от Метелла Пия.
Такая стратегия оказалась ошибкой. Серторию следовало сразиться с Метеллом Пием, а Помпея оставить Перперне. Помпей появился на поле боя на носилках, не желая, чтобы о нем говорили, что он, как Ахилл, скрывался в своей палатке, пока его солдаты сражаются. Бой начался в середине дня, а к ночи уже все было кончено. Легко раненный в руку, Метелл Пий продержался весь день. Перперна потерял пять тысяч солдат, а Метелл Пий – почти никого.
