Однако реакция Варрона на многочисленные послания восторженного Помпея оставалась неопределенной. Дети Варрона были уже в том возрасте, когда ему стало интересно с ними, и он не хотел отлучаться из Рима надолго.
Новый проконсул, который никогда не был консулом, очень хорошо подготовился и точно знал, что делать дальше. Во-первых, он написал в сенат и сообщил, что возьмет три из четырех легионов, принадлежавших сначала Катулу, потом Мамерку, и три легиона своих ветеранов. Поскольку война, которую Метелл Пий вел в Дальней Испании, не наступательная, писал Помпей далее, и теперь основное внимание следует переключить с Дальней на Ближнюю Испанию, он просил сенат рекомендовать Метеллу Пию отдать ему один из его семи легионов.
Зять Помпея, Гай Меммий, служил военным трибуном у Метелла Пия, но на будущий год он уже может по возрасту быть квестором. Реально ли сделать так, чтобы Гаю Меммию позволили выдвинуть свою кандидатуру in absentia, с тем чтобы потом он был зачислен в штат Помпея квестором в Ближней Испании?
Согласие сената (ставшего глиной в руках Филиппа) было получено до ухода Помпея из Мутины.
Теперь Помпей был убежден: отныне он получит все, чего бы ни захотел. Помпей оставил Муцию Терцию с двухлетним сыном и малюткой-дочерью в своей крепости в Пицене и строго наказал, чтобы в его отсутствие она не ездила в Рим. Он предвидел длительную кампанию и не находил ничего хорошего в том, чтобы его красивая жена подвергала себя искушению.
Помпей собрал тысячу всадников из своей старой кавалерии и намеревался прибавить к ним завербованных в Заальпийской Галлии – одна из причин, почему он предпочел идти в Испанию по суше.
К тому же он был плохим моряком, боялся моря и не доверял водной стихии, хотя зимние ветры благоприятствовали плаванию."
"Помпей изучил все карты, поговорил с торговцами и другими людьми, знавшими дороги в Испанию. Домициева дорога была очень трудной, и Помпею это было известно. Отправляясь с остатками армии Лепида из Сардинии в Лигурию и оттуда в Испанию, Марк Перперна Вейентон с большим удовольствием причинил Риму на всем своем пути наибольший вред.
В результате все основные племена Заальпийской Галлии подняли мятеж – гельвии, воконтии, саллувии, вольки-арекомики.
Хуже всего было то, что волнения в дальней галльской провинции задерживали продвижение Помпея в Испанию. Ему приходилось преодолевать сопротивление враждебно настроенных и страшно воинственных племен.
