"
"Разобрав послание Помпея, Сулла смеялся до слез, не зная, что больше его забавляет: заносчивость юнца или важное сообщение о том, что зима в Африке – это сезон дождей, а Булла-Регия находится в верховьях реки Баграды. Конечно, Помпей знал, что Сулла провел в Африке годы и самолично пленил царя Югурту. К концу своего сорокадневного пребывания в Африке Помпей знал уже все. А сколько раз он написал, что войска провозгласили его императором на поле сражения? Тьфу!
Сулла взял лист и составил ответ Помпею. Такое письмо он не хотел диктовать секретарю.
Каким удовольствием стало для меня получить от тебя письмо! Благодарю за интересные сведения, которые ты поведал мне об Африке. Я должен постараться как-нибудь съездить туда – хотя бы для того, чтобы увидеть эти существа, похожие на коров. Как и ты, я тоже узнаю слона, когда его увижу.
Поздравляю. Какой ты шустрый парень! Сорок дней. Это, я думаю, тот отрезок времени, за который Месопотамия была затоплена тысячу лет назад.
Я знаю, что могу верить тебе в том, что ни в Африке, ни на Сицилии не обязательно оставлять войска, но, дорогой мой Помпей, следует соблюдать осторожность.
Поэтому я приказываю тебе оставить пять твоих легионов в Утике и вернуться домой с одним легионом. Мне все равно с каким, если у тебя среди них имеется любимый. Кстати, о любимых. Определенно ты сам один из любимцев Фортуны!
К сожалению, я не могу разрешить отпраздновать триумф, несмотря на то что солдаты многократно провозгласили тебя императором на поле сражения. На триумф имеют право только члены сената, которые получили статус претора.
Ты еще одержишь много побед, Помпей. Рано или поздно, но ты будешь праздновать свой триумф.
Я должен поблагодарить тебя за быструю доставку той части Карбона, которой он ел, видел, слышал и которая ужасно воняла. Нет ничего лучше головы, чтобы убедить в том, что некто повержен в прах, говоря словами Гомера. Моя речь о том, что Карбон мертв и в Риме нет консулов, получила убедительное под- тверждение. Как умно ты поступил, поместив голову в уксус! Спасибо тебе и за Сорана, и за старого Брута.
"
"Есть еще одна мелочь, мой дорогой Помпей. Я бы все-таки предпочел, чтобы ты выбрал менее демонстративный способ избавиться от Карбона. Я начинаю верить тому, что говорят люди. Каждый человек из Пицена в глубине души – галл. Когда ты плюхнулся в курульное кресло судьи в toga praetexta и окружил себя ликторами, ты предстал перед всеми олицетворением Рима. Но повел ты себя вовсе не как римлянин.
