А всякие обалдуи из Гдыни поедут в противоположном направлении, на север, в сторону своего унылого городка. Набьются в вагоны, как сельди в бочку, и всю дорогу недовольно зыркают друг на друга, пыхтят и тихо друг друга ненавидят.
Погода была хорошей, прохладной и солнечной, и Томаш уже не имел ничего против того, чтобы сходить в магазин за пачкой «Лаки Страйк». Только надо немного посидеть на «Фейсбуке», полистать новые фотки знакомых девиц, а заодно проверить, как там после вчерашнего приятели — наверняка все сейчас такие же придавленные.
Стартовая страница бразуера показывала последние новости. Томаш давно уже собирался поменять ее на что-нибудь поинтереснее, ибо изменения стоимости акций и прочая лабуда его не слишком волновала. Но в этот раз его взгляд задержался на одном из прямоугольных новостных хабов — новости из России, причем с пометкой «срочные».
— Ого, — воодушевился Томаш. — Это мы почитаем.
Журналист, имя которого Томашу ни о чем не говорило, в свойственной польской прессе манере описал последние события, говоря как можно меньше по делу и как можно сильнее подчеркивая несовершенство этих русских.
Неприязнь сквозила в каждой строке, и Томаш, давно привыкший к такой подаче информации, не замечал ничего необычного.
Оказалось, что в каком-то маленьком городке (ничего себе маленький, больше полумиллиона человек!) неизвестные лица совершили теракт с помощью то ли биологического, то ли химического оружия. В общем, нелюбимые Томашем восточные соседи полегли от непонятной и быстро распространяющейся болезни — число жертв стремительно росло и уже приблизилось к двум сотням.
Ну и ну, что за начало дня! Может, это еще сон? Да нет, самая что ни на есть явь."
"Томаш ощутил приятное нервное возбуждение, даже головная боль как-то притупилась. Такой информацией было необходимо с кем-то поделиться, и чем скорее, тем лучше. Он взял в руки телефон и торопливо набрал своего лучшего друга, Павла по кличке «Француз».
Почему Француз? Да потому что картавый, как лягушатник.
— Хэй, Француз!
— Томек, мать твою, какого художника ты так орешь? — донесся из трубки возмущенный хрип. — У меня в башке аж эхо гуляет.
— Ты сейчас офигеешь, Француз, — довольно осклабился Томек. — Зайди в Сеть и почитай, что у русаков творится. Тебе полегчает, поверь.
— Чего?
— Мозги включи, Француз. Зайди, говорю, в Интернет и почитай новости. Любые.
