Вот оно молодое, прогрессивное поколение, которое развивается с каждым разом все быстрее предыдущего.
– И какие же, принцесса?
– У Анфисы есть длуг! – надула щечки мелочь.
Так-так-так, не одному мне тут не понравился этот парниша? Но, разумеется, мелочи я это не сказал, почесал подбородок и спросил:
– И почему это для нас проблема?
– Патамушта тогда она не смозет стать моей мамочкой! Это же элементално, пап!
Она еще и глаза закатила. Для пущего эффекта не хватало только ударить себя ладошкой по лбу, чтобы я совсем почувствовал себя непроходимым тупицей.
– Ника, ты опять за свое? – вздохнул я, наивно надеясь на то, что дочь эту тему оставиТ в прошлом. – Анфиса и так не станет твоей мамочкой. Забудь. Я тебе об этом уже говорил.
– Но нам надо что-то сделать. Слочно!
Ника, как всегда, напрочь проигнорировала не нужную для нее информацию.
– Срочно нам надо только замолчать, малышка, – приложил я палец к губам. – Мы в кино, тут не разговаривают, – добавил шепотом.
– Но…
– Ника, ты просилась на мультик?
– Плосилась, – буркнула дочь.
– Значит, кушай вату и смотри на экран. Забудь про Фису, она здесь не одна.
– Мне не понлавился ее длуг!
О, да, мне тоже!
– Он тебе и не должен нравиться, принцесса.
– Но, папочка!
– Ника, хватит.
Ника уже было собиралась мне что-то ответить, когда по правую руку от меня послышалось шебуршение. Громкая реклама не позволила заметить сразу, но сейчас отчетливо было слышно шепот и шаги.
Я обернулся. В самом начале нашего ряда замаячили две фигуры, двигающиеся в нашу с Никой сторону.
Когда я бронировал билеты, ряд был пуст от и до. И, конечно, глупо было бы надеяться, что места рядом с нами никто не купит. Но я надеялся. Особенно с учетом того, что большая часть огромного кинозала была пуста.
Вот только чем ближе пара приближалась, тем стремительней просто разлетались в прах мои надежды, и отчетливей вырисовывалось знакомое летящее платье и утонченные черты лица. Угадайте, кого?
Самое интересное, Анфиса смотрела только на номера кресел и совершенно не видела, куда и к кому приближается.
Ну, а за ней, к сожалению, плелся этот слащавый петух с огромным ведром поп-корна.
Парочка тихонько о чем-то переговаривалась, а мы с Никой притихли, наблюдая. Я бессовестным образом таращился на силуэт Ветровой, вырисовывающийся в полумраке зала, а Ника уже аж подпрыгивала на месте от радости. Кажется, фортуна сегодня всецело на ее стороне.
