– Несомненно, – рыкнула Фиса, – будем молчать, – добавила зло, откидываясь на спинку кресла и отдергивая от подлокотника руку.
Мне кажется, умей она съеживаться до размера песчинки, уже бы мы ее здесь не наблюдали. Вот только она не умела. На мое счастье или несчастье, я еще не разобрался.
Сиденья были не то, чтобы большими. Пространства между ними не было и подавно. И нравилось госпоже Ветровой это или нет, локтями мы все равно соприкасались. Под определенным углом еще и плечами, которые у нее, кстати, были голые.
А уж не чувствовать ее запах и не следить за тем, как в темноте тяжело вздымается от дыхания грудь девушки… соблазнительная троечка, выглядывающая из выреза платья, прекрасно демонстрирующая, что заноза совсем не ребенок... в общем, это был персональный ад! И это было выше моих сил.
Выдержка трещала по швам, а внутри просыпались отнюдь не те желания, что должны просыпаться рядом с Ветровой. Нет, за ее острый язык все еще хотелось ее выпороть! Только вот при других обстоятельствах и наедине.
С продолжением.
Фильм начался с какой-то дурацкой песенки и пляшущих зверей. Я не то, что не понимал, что там происходит, я, по-моему, даже и не слышал ни хрена. Главное, дочь была в восторге и снова уминала вату за обе щеки. А я хоть и пытался смотреть на экран, но всеми фибрами, каждой гребаной клеткой чувствовал присутствие девчонки по правую руку от меня. Это было не просто странно, а охренеть как неожиданно!
Поэтому я сидел столбом и изображал памятник самому себе, хотя внутри все уже начало закипать.
В брюках становилось тесно, вырез пуловера давил на горло, и я почти дошел до ручки. И тут послышалось телодвижение.
Тридцать минут, и этот шустрый блондин, про которого я успел забыть, воюя с собственными похотливыми демонами, потянул свою руку в сторону плеча девчонки. Он точно намеревался ее обнять.
Рука, лежавшая на подлокотнике, сжалась в кулак, а челюсти свело. Анфиса как бы незаметно двинулась в сторону сиденья парня, и я, честно, уже был на грани того, чтобы остановить этот беспредел.
Тут ребенок, в самом деле, рядом! И вообще, обжиматься при начальстве – такая себе идея.
Уже рот открыл.
Но тут положение спасла Ника. Дочка всучила мне в руки палку из-под ваты и, спрыгнув с кресла, подлетела к Анфисе.
Ветрова обалдела окончательно, а рука парня так и зависла в воздухе, не долетев до плеча девушки с десяток сантиметров.
– Я кочу с тобой смотлеть мультик, – прошептала дочурка.
