Черт! И почему нельзя все сделать, как в голливудских боевиках?
Красиво, изощренно и ловко обводя врагов вокруг пальца, смотаться в закат…
В голове это все выглядело более чем живописно, а в ушах даже стояла эпичная музыка, под которую я могла бы дать деру: скрипка, барабаны, модный бит, м-м-м…
Однако через шесть часов полета, когда я с трепыхающимся в груди сердцем замерла в ожидании посадки и мысленно набиралась смелости для попытки побега, как оказалось, все решила за меня судьба. Без бита, взрывов и экшена.
Судьба, имя которой, как я узнала потом, – Демьян Нагорный.
"
"Стоило шасси только коснуться полосы, а самолету плавно сбросить скорость и остановиться, как отец, не дожидаясь, пока я соизволю подняться с места сама, дернул меня за руку, выволакивая из салона на выход.
В черном пальто и ботинках, он даже не подумал, что тащит меня в промозглый осенний столичный день в шелковом платье и босоножках. Благо, своего верного спутника – махровый плед – я успела прихватить в последний момент и, оказавшись на трапе, накинула на плечи, уже заранее начиная стучать зубами.
То ли от холода, то ли от нервного перенапряжения.
Ступенька…
Вторая…
Третья…
Как только нога моя ступила на асфальт родной страны, ноги стали ватными от страха. В конце концов, я ведь ничего не теряю? Ну, притащит силой обратно, запихнет в салон, на худой конец, усыпит снова, или подставлю вторую щеку, для равномерности, так сказать… уже лучше так, чем если я даже не попытаюсь сбежать! Струшу, и можно смело сказать: все, следующая моя спутница – камера, то есть ненавистная мне спальня в ненавистном мне доме! Не удивлюсь, если этот тиран еще и на окнах решетки поставит и еду будет давать, как в камерах, по расписанию.
А моими верными надзирательницами будут две малолетние пигалицы.
Господи, кто бы знал, как я хочу обратно…
Как я хочу к мужу. И Нике. Как я хочу к своей семье! Как я хочу их обнять. Поцеловать. И никуда не отпускать. Они – моя семья, мое все, а не вот этот напыщенный важный пингвин! Полсуток, а я уже готова сойти с ума.
Как я буду жить без них в глухой сибирской тайге годы напролет, а?
Стоп! Какая тайга, Анфиса?! Отставить тайгу!
Пока я кидалась мысленно из крайности в крайность от решимости до уныния, отец дернул меня за руку, подталкивая в сторону черного авто, стоящего буквально в паре метров. Уже даже дверь была приглашающе открыта, когда я, сделав глубокий вдох, рванула вперед, но…
Тут же остановилась, ловя свою спикировавшую от удивления челюсть.
