– Как нам это выяснить?
– Перерыв кучу коробок бумажного барахла.
– А где они находятся?
– Там же, где и документы по остальным пятидесяти двум предприятиям – в хранилище, которое я арендую на окраине города. Посмотрю, когда здесь закончу. Надо еще сделать пару штрихов в соседнем доме. Готовлю его к показу. Да и здесь, в кухне, еще слой положить надо.
– Я могу подъехать к вам в хранилище и помочь вам разобрать эти коробки.
– Что ж, в компании всегда веселее, особенно если компания холостая. – Она кивнула на руки Дэна.
– Я вижу, обручального колечка-то у вас нет, Дэн О’Лири. Может быть, я про вас и вспомню.
Дэн улыбнулся.
– Я кое с кем встречаюсь.
– И блюдете верность?
– Да.
– Молодец, – сказала она.
– Можно задать вам личный вопрос, Алита?
– Зуб за зуб.
– Почему стрип-клуб?
– Потому что хороший стрип-клуб приносит хорошую прибыль, а я люблю делать деньги. В жизни не работала «на дядю», всегда на себя. «Грязный Эрни» вообще должен был стать золотой жилой. – Она пожала плечами. – Но ничего.
Я собрала манатки и пошла дальше.
– А кто такой Эрни?
Алита улыбнулась.
– Бывший муж. Все свои компании я называю именами тех, кто когда-то нехорошо со мной обошелся. Кафе «Вонючка Пит», «Машинные масла Зазнайки Ричарда». Даже сказать вам не могу, как я радовалась, когда шла каждый день на работу и видела на доме вывеску большими яркими буквами: «Грязный Эрни».
– Вы смелая женщина.
– Он грозился подать на меня в суд. Я умоляла его, чтобы он это сделал. Я ведь как Мадонна. Любая реклама – хорошая реклама.
А когда я сцепилась с городом Эверетт за право обновить эти развалюхи, знаете, что здесь началось – я не слезала с первых страниц местных газет. Зато потом, когда я начала выставлять их на продажу, люди выстраивались за ними в очередь. – Она встала. – Вы счастливы в любви, Дэн? А то я богатая женщина и могу быть чертовски хорошей мамочкой.
– Да вокруг вас мужчины должны табунами ходить, – возразил Дэн.
– Подъезжайте в пять, вволю пороетесь. – Она подмигнула ему и скрылась в доме.
* * *Кинс и Трейси стояли рядом с фургоном криминалистов на подъездной дорожке у дома Джеймса Томи. Солнечный свет тек сквозь кривые ветви могучего дуба, отбрасывая на дорожку яркие пятна.
– Таггарт прошел детектор лжи, – сказал Кинс. – Все чисто, нигде ни намека на вранье.
– Так я и знала. Таггарт проходит, Бэнкстон заваливает. Все в этом деле шиворот-навыворот. Что ты с ним сделал?
– В тюрьму отправил. Поговорил с ребятами из отдела наркотиков.
