Полицейский сунул руку в нагрудный карман, вытащил оттуда несколько купюр, перебрал их и протянул девушке пятерку.
– Сдачи не надо, – бросила Ванпельт. Сделала глоток, опустила чашку на стол. – Так в чем дело?
– Что, если я скажу, что Кроссуайт пытается вызволить из тюрьмы еще одного осужденного преступника – парня, который убил молодую женщину?
Ванпельт снова взялась за чашку, но опустила, не донеся до рта.
– Насколько эта информация надежна?
– Неопровержима. Все, что тебе нужно будет сделать, – это позвонить в пару мест.
– Он пододвинул ей через стол листок бумаги. – Начни вот с этого. Это номер архива штата.
– И что я им скажу?
– Попросишь выдать тебе документ. Номер дела написан под номером телефона.
– Они не дадут мне файл без специального запроса.
– Они и по запросу тебе его не дадут, потому что документов нет на месте. Спроси, кто в последний раз делал запрос на них и когда.
– А что это за документ?
Ноласко откинулся на спинку стула.
– А теперь доставай ручку и блокнот и записывай.
Ванпельт медленно опустила руку в сумочку и вытащила оттуда ручку, но не блокнот. Вместо блокнота взяла со стола салфетку.
– Девять лет назад в Северном Сиэтле жила молодая женщина по имени Бет Стинсон, – начал Джонни. – Как-то раз она вызвала из компании «Рото-Рутерс» мастера, чтобы прочистить засорившийся слив в ванной. Мастером оказался Уэйн Герхардт. Он пришел, прочистил слив, а поздно вечером вернулся и убил хозяйку. Свидетельница видела, как он выходил из дома Стинсон рано утром.
В доме повсюду были его отпечатки и следы его ДНК. Алиби у него не было, он сознался в убийстве и получил срок – двадцать пять лет.
– А что тут могло заинтересовать Кроссуайт?
– Это уж ты сама узнавай.
– А почему не ты?
– Потому что она делает это за моей спиной, значит, не хочет, чтобы я узнал, и вряд ли даст мне прямой ответ. Скажу тебе вот еще что: она работает в паре с тем самым адвокатом, который представлял Эдмунда Хауса.
Он уже поговорил со свидетельницей и посетил Герхардта в Уолла-Уолла.
– Дэн О’Лири, – сказала Ванпельт с улыбкой – она хорошо помнила адвоката. Черкнув еще что-то на салфетке, она положила ручку, откинулась на спинку стула и стала изучать Ноласко с насмешливым взглядом. – А ты, похоже, встревожен.
– Зол как черт, если сказать точнее.
Ванпельт ухмыльнулась. Вид у нее стал прямо-таки ликующий.
– Это было твое дело. – Ноласко не ответил.
