Дров таких наломает, мало не покажется. Потом не разгребет, или так, что самому тошно будет.
Они сегодня поговорили уже «душевно». Роман чуть ни сорвался и ни придушил маленькую заразу. Её дерзкий язычок возбуждал его и одновременно неимоверно злил. Хотелось закрыть рот поцелуем, вобрать в себя, наконец, эти дьявольские губы, что манили его.
Не давали спать по ночам.
И её язычку он тоже найдет применение со временем.
Роман умел ждать.
И да, не будет он её обижать. Будет баловать и лелеять.
Потому что она – его принцесса.
Глава 6
Утро в доме Багровского не могло быть добрым.
Несмотря на то, что Вита выпила немного, непривычный к алкоголю организм дал сбой и ответил утром головной болью.
Настроение было ниже плинтуса. Проснувшись, Вита долго стояла под теплым душем, больше опираясь на здоровую ногу. Ночная прогулка и на больную лодыжку дала осложнение. Правильно, Вита, нечего гулять там, где тебя не ждали и куда не приглашали.
Сушить волосы феном не стала, промокнула полотенцем и оставила, как есть.
Ей прихорашиваться не для кого. Почистила зубы, ещё раз сполоснула лицо уже холодной водой.
Что-то она никак не придет в себя, не соберется.
Прихрамывая, дошла до бельевого шкафа. Назло некоторым надеть шорты с майкой? Бунтарка в её душе довольно заурчала, но Вита покачала головой. Пора перестать изображать из себя недовольную, обиженную девочку и начать договариваться с тигром. А ни дергать его за хвост, чем она вчера и занималась.
Надо было выбираться из этого дома.
Узнать, что от неё хочет Багровский, и уходить.
Она смутно догадывалась, что конкретно ему от неё надо. Тело. Но как-то не верилось. Зачем она Роману? Покувыркаться с ним в постели достаточно желающих.
Вита вспомнила его выражение лица, когда он требовал сказать, девственница она или нет. Сумасшедший. Честное слово. Пусть его удовлетворяют профессионалки. Что она ему может дать?
От мысли, что Багровский к ней прикоснется, её передернуло от ненависти. Не бывать этому.
Никогда.
Вита достала простое трикотажное платье длиной ниже колен и в задумчивости прикусила губу.
А если дать?
Взять и переспать с ним.
Надавить на горло своей гордости, зато потом стать свободной."
"От мысли, что придется лечь в постель с мужчиной, что пять лет отравлял ей жизнь, в душе Виталины родился яростный протест, который она сразу же подавила. Не время поддаваться эмоциям. Она должна серьезно подумать.
У Виты даже рука дрогнула.
Н-да… Ничего не скажешь, хорошие мысли поутру ей приходили.
