- Разговаривать у нас с тобой плохо выходит.
- Ты и не пытался.
- Разговор – это диалог. Он происходит, как минимум, между двумя людьми.
- Естественно. Правильно ты заметил, Рома, происходит. Диалог – это не когда тебе говорят, что ты должна или должен делать, не поинтересовавшись мнением другого человека. Слушай, давай потом поругаемся, а? У нас хорошо получается скатываться в полное непонимание, а сейчас тебе нужна помощь.
- Хочешь помочь?
На этот раз Вита не пропустила усмешку, неприятно полоснувшую её изнутри.
Оказывается, Рома может умело морально бить. Надавливать на те точки, о существовании которых Вита и не подозревала.
Почему ей неприятно? Больно…
- Да, хочу. И не вижу в этом повода для иронии.
В комнате повисла пауза. Роман обдумывал её слова.
Недолго, но этого времени хватило, чтобы самооценка Виты скатилась ниже плинтуса. Он даже помощи от неё принимать не желает. Что случилось? Что?
- Аптечка есть на кухне. Нижний шкаф слева.
Вита, придерживая полы халата, поспешно пошла на кухню.
Едва не бежала. На кухне лихорадочно принялась распахивать шкафы, стараясь отыскать нужное. Увидев контейнер с красным крестом, схватила его и снова поспешила в гостиную.
Вошла, а у самой сердце кровью обкатило. Рома присел на диван, руки вытянул по спинке, голову откинул, глаза прикрыл. Выглядел он уставшим. Дело даже не в том, что ему досталось в драке. Усталость выдавала поза, темные круги под глазами, весь вид в целом.
Она же не видела толком Рому эти недели. Только сумасшедший чувственный секс.
И то, в основном с его стороны. Он ласкал. Он дарил. Она же делала вид, что принимает, хотя на самом деле изнывала в жажде прикосновений.
Он слышал её шаги, но глаз так и не открыл. Вита поставила контейнер с медикаментами на диван и замерла в нерешительности. Что дальше? По логике надо снять с Ромы рубашку.
- Ром, сними рубашку, она у тебя вся в крови, - негромко проговорила Вита, не узнавая собственный голос.
Да и себя она тоже не узнавала. Ночь без сна на неё столь странно влияла, или вид избитого мужа.
- Хочешь помочь мне – помогай, сними сама, - прозвучал жесткий ответ, заставивший Виту вспыхнуть до кончиков корней.
Хорошо… Хорошо…
Она уступит. Не время мериться упрямством.
Стараясь не обращать внимания на реакцию собственного тела, Вита уперлась коленом в край дивана и осторожно принялась расстегивать пропитавшуюся кровью рубашку. Руки у девушки дрожали.
Одна пуговица, вторая… Почему же их так много?! Бесконечный ряд.
