«Недомочили…» — сделал вывод Джек, смакуя рисовую кашу, которую в их военном городке подавали редко. Вот пшенной было завались, гречневую тоже подавали, правда, чуть реже. Ячневую — тоже случалось, но рисовой было мало. Он даже ходил к главному по тыловому обеспечению сержанту, интересовался, почему рисовую дают редко, а тот оторвался от журнала с девками и все свалил на мышей, дескать, они рис расхищают. На том расстались.
Новый мякиш прилетел от хирургического отделения. Он ударил сержанта Ветлока в спину, однако тот не подал виду, чтобы не доставлять противнику радости.
Мало ли что там летает?
— Ты сегодня ничего нового не вспомнил, Малой? — спросил сержант.
— Нет. Но мне снилось дерево.
— Какое дерево?
— Огромное. С него сыпались листья и взлетали снегири…
— Снегири? А что это такое?
— Это такие птицы, я про них раньше где-то читал.
— Танкист он, — сказал Шарсан через какое-то время, переходя от каши к фруктовому витаминизированному пудингу."
"— С какого бодуна? — не сдавался артиллерист Ветлок.
— По нему видно. Технического человека сразу видно, хоть в воду его брось, хоть в сортире утопи.
— Спасибо, не надо, — усмехнулся Джек.
— Ну это я фигурально. А ты попробуй представить электронный триплекс перед мордой и бронебойный снаряд в семьдесят миллиметров — шершавый такой, с коэффициентом аэродинамики два-и-четыре. Может, это твое?
— Танки мне понятны, — согласился Джек, переходя к пудингу.
— Да что там понятного, Малой? Броня крепка и все такое? Я же вижу, что у тебя артиллерийское мышление!
— Не напирай, сержант, — возразил Шарсан.
— Я не напираю. Я просто представляю человеку всю широту выбора. А то ты заладил — танкист да танкист. А он, может, вообще из ремонтного подразделения, так что ни нашим, ни вашим…
— Может, и так, — подумав, согласился Шарсан.
В зале появился заместитель главврача — майор медицинской службы Броуч. Он подошел к столу «вонючек» и, слегка наклонившись, сказал:
— Молодой человек, после завтрака зайдите в режимный отдел, с вами хотят побеседовать.
— Хорошо, сэр, — кивнул Джек, привставая.
— Сидите-сидите, я же сказал — после завтрака.
Майор ушел, за столами соседей притихли, ожидая реакции Малого, но тот лишь пожал плечами и перешел к чаю и булочке с маслом.
— Ты, Малой, не дрейфь, это дело обычное, — сказал Шарсан. — Ты ведь только неделю здесь, можешь сразу послать его подальше.
— Ну да, «подальше»! Ты ему насоветуешь, господин танкист, — покачал головой Ветлок.
