Перед отъездом жених строго наказал: сидеть там, ждать его и вить гнездо."
"Да, попервоначалу Настя с рвением и удовольствием взялась за дело. Ей, как оказалось, очень надоело житье в чужом, по сути, доме тети Иры; надоело делить комнату с Юлькой. Обрыдли бедность и уныние – и, только отвязавшись от всего этого, девушка стала понимать, насколько же они ей осточертели и как она мечтает отсюда вырваться.
Вечера в компании богатых автовладельцев – с последующим их опаиванием и умыканием лимузинов – были ведь, в сущности (как она начала осознавать теперь), попыткой вырваться из набившей оскомину убогой жизни.
И выбиться отсюда благодаря Кудряшову – в буквальном и переносном смысле на его руках – оказалось значительно приятней, чем внезапно разбогатеть пусть неправедными, но трудами.
С Артемом не было привкуса греха и преступления. И с ним можно было ни о чем не волноваться самой – у нее чуть не впервые, начиная с детства, возникло изумительное чувство, что за нее все обдумают, сделают и решат.
Но вот все кончилось. Радужный мыльный пузырь лопнул. Лопнул – да еще и забрызгал Настю липкой водой.
Ей надо было что-то делать, а что – совершенно непонятно.
От безысходности девушка позвонила названой своей сестре Юле и попросила прийти к ней. Теперь они были на равных. Их обеих бросили.
– Что случилось? – сразу догадалась, по одному ее виду, подруга. Однако Настя не плакала и все медлила с рассказом, накрывала на стол чай (гостья принесла мамины пирожки с повидлом), а потом губы ее задрожали и она самым позорным образом разревелась.
– Что?! – вопросила сестренка. И наконец догадалась: – Артем? Бросил тебя?!
Настя только кивала и ревела белугой.
А когда успокоилась и начала во что бы то ни стало все-таки исполнять роль хозяйки – разливать заварку, добавлять кипяток? – Юлька с холодным сердцем резюмировала:
– Все ясно. Такой же, как мой Андрюха. Только еще более мерзкий. Особо циничный.
– Почему это? – даже оскорбилась за своего парня Анастасия.
– Да потому, что мой мне ничего не обещал. И никуда не звал. И матери не представлялся. Получил свое – и поминай как звали. А твой антимонии развел. Турусы на колесах! Кольцо с бриллиантом, одно колено, к матери на поклон пришел, домик для тебя снял! Фу-ты ну-ты! Жених! Все ради одного: чтоб ты ему дала! Видать, чувствовал, что иначе ты будешь непоколебима. А как своего добился – точно так же, как мой, сделал ручкой.
