А ты, милая, случайно не у Макса сейчас живешь?
Гордеев, что, провидец?
– Откуда ты знаешь?
– Не знаю, но догадываюсь. Я бы провернул то же самое, – смеется он и добавляет: – если бы не хотел спугнуть.
– Но теперь-то я могу вернуться домой? – если мне больше не угрожает Комолов, то визиты следователя, пока решается вопрос, я переживу.
– Ты знаешь, милая, – продолжает ржать Гордеев. – Ты такая умненькая и сообразительная, я думаю, Максу потребуется больше времени. Пожалуй, навещу-ка я родной город в ближайшем времени.
И вот теперь я мечусь по кухне, как тигр в клетке.
Позавчера! Лютаев и словом не обмолвился, что все разрешилось, когда я пришла за помощью, хотя он был в курсе. Он же ведь все сам и решил!
И сделку со мной он заключал, зная, что Комолов уже не опасен!
«Начиная с этой минуты обещаю играть честно».
О! Теперь я понимаю, что именно меня царапало в этой фразе!
Значит, до этого игра была нечестной!
Из разговора с Гордеевым, я понимаю, что он бы мне не отказал, позвони я ему. А Макс уверенно утверждал, что Денис помогать не будет.
Ну, конечно. Мало того, что тогда я бы получила помощь безо всяких условий, я бы узнала, что волноваться уже почти не о чем!
А он вынудил меня пойти на эту унизительную договоренность! Согласиться на его условия! И ведь не врал! Просто не договаривал! Подонок!
А я еще размышляла, как объяснить ему, что он во мне ошибся! Какой нежный! Надо же! Содержанки ему не нравятся! А они, что, не люди, что ли? С ними можно так поступать?
Что ж. Я все равно не собиралась с ним расплачиваться таким способом.
Ну что Макс мне сделает? На насильника он не похож. Он похож на мерзавца!
«Аванс засчитан, Карина».
Убью!
Он заставил меня целовать его, требовал, чтобы я разделась перед ним, Лютаев позволял себе трогать меня, где ему вздумается, а вчера…
Хлопаю дверцей холодильника. Мне надо остыть. Чай не помогает, нужно что-нибудь холодное, а то я уже вся киплю.
Но стоит мне заглянут внутрь холодильника, как я опять взрываюсь.
Да Лютый даже сожрал мою «Прагу»!
И спер горошки!
За время отсутствия виновника моего неадекватного состояния, я все-таки умудряюсь взять себя в руки.
Хочу вернуться в свою квартиру, благо у Лютаева один из замков срабатывает при захлопывании двери, но желание высказаться и получить объяснения пересиливает, и я решаю дождаться его возвращения.
К моменту возвращения Макса, я окончательно определяюсь с линией поведения.
Слышу, как он отпирает замок, как бросает ключи в прихожей.
