– Тебе?! Что я слышу, Кай?! А каково мне?! Мне после того, что я видела на фотках?! Которые ты так бессердечно мне подложил! – я бью кулаки о пол, вспоминая тот ужас. – Или, может, напомнить тебе про вчерашнюю оргию?
– Твои чувства меня не волнуют. И то, что я делаю, тебя не касается, – Кай в смятении, будто не понимает, что за фотки и что за оргия. Будто он здесь совершенно ни при чем и не его член побывал в десятках извращенок. Чертов актер.
– Вот значит, как?! И то, что ты говорил вчера…
Кай расхохотался в голос, расстегивая свой ремень и брюки.
Его действия расходятся с его словами.
– Всего лишь слова, – начинаю ползти под кровать, пытаясь спрятаться, но Кай тянет меня за ногу и берет за лодыжки. Бьюсь в конвульсиях, понимая, что платье мое задралось, а под ним лишь белье, которое даже трусами не назовешь. Мы оба судорожно сглатываем.
Кай садится на кровать и перекидывает меня через колени. Низ живота сжимается, чувствуя его возбуждение. Твердое и горячее.
– Кто твой мужчина, Леа?! Кто?! – я чувствую жесткий удар по своим ягодицам, который порождает во мне новый прилив возбуждения.
Я безумна, знаю. Но его ревность, его жгучее и необузданное желание не могут не льстить женщине.
– Кай. Ты мой мужчина, – иступлено выдыхаю я, и он отвечает на это протяжным и диким стоном. Чувствую, как его член пульсирует под моим животом. Начинаю потираться, напрашиваясь на ласку, но…
Он снова шлепает меня с размаху – уверена, на бедрах останутся новые следы от его рук.
Каждый удар сопровождается легким поглаживанием. Мой зверь извиняется за такое проявление своих пылких чувств. Сумасшедший. И я тоже…"
"– Сразу бы так, киса. У тебя такая попка…Черт, я трахал тебя глазами весь вечер. Ты чувствовала это? – выдыхает он, и на меня прилетает новый удар. Немного страшно, что он перегнет палку и превратится в зверя, высечет или придушит меня ремнем. Но возбуждение такое сладкое, такое сильное. Я дрожу, извиваясь на его бедрах. Его свободная рука нежно ласкает мою поясницу, пока он терзает мой зад.
Именно терзает. Он ненасытен, безумен в своем желании и одержимости мной.
Это абсолютно взаимно. Наша болезнь достигла обострения.
– Чувствовала, – мурлычу, прогибаясь. Стону и вздрагиваю от его ударов, но еще не понимаю, к чему это ведет…
Что-то жидкое касается ямочек на моей пояснице. Масло. Он держит его в кармане брюк?!
– Кай, пожалуйста, – сама не знаю, о чем прошу его. Я хочу его. Дышу им и живу.
