Когда старейшина закончит облёт всех поселений — а осталось уже совсем немного, — можно будет закупить у людей скот и птицу, золота у нас, к счастью, более чем достаточно. Но пока на это нет времени, и дары оказались как нельзя кстати. Хорошо, что Керанир вспомнил, какой сегодня день.
— Я рада, что смогу теперь о вас заботиться. И я уверена, что ваши близкие проснутся.
— Спасибо, что веришь, — улыбнулась девочка. То есть, старушка… В общем, Нивена. Потом встала с дивана. — Думаю, рагу уже готово. Давай хотя бы попробуем, что у нас получилось.
Я не была голодна, но мне было любопытно. Так что, мы втроём с присоединившимся к нам Эйлинодом, съели немного этой действительно очень вкусной каши из картошки и мяса, а остальное, как и щи, поставили в холодный шкаф, на завтра. Потом Нивена и Эйлинод решали, где меня уложить спать. Свободной кровати не было, и Эйлинод предлагал разбудить Керанира, чтобы тот принёс для меня кровать из соседней пещеры.
— А кто спит на этом диване? — поинтересовалась я.
— Никто. На диване не спят, на нём сидят, — ответила Нивена.
— Значит, я буду спать на нём.
— Но он же узкий. Как можно спать на диване? — удивился Эйлинод.
— Просто ты никогда не спал на полатях, вповалку с кучей мелкоты, которая облепляет тебя со всех сторон, да ещё и мочится на тебя во сне, — усмехнулась я. — Отдельное спальное место — это роскошь для меня.
— Тогда я принесу тебе подушку и чем укрыться. Вообще-то, у нас тут тепло, но на всякий случай… Кстати, я обещала тебе всё тут показать, идём.
«Ванная» оказалась вовсе не баней. Это была пещерка, в которой стояло огромное корыто, уже привычный ручеёк протекал вдоль стены, и из него можно было налить воду в это корыто так же, как и в раковину на кухне. И так же, как под раковиной, под корытом можно было развести огонь, чтобы нагреть воду, а потом слить её, выдернув пробку из дна корыта. Видя, как Нивена старается спрятать зевок, я сказал, что испытаю «ванную» в следующий раз, а пока просто помою ноги.
— Нужно будет завтра подобрать тебе одежду и обувь, не можешь же ты ходить в одном и том же, да к тому же босиком, — сказала Нивена, подавая мне полотенце.
— Я всё лето хожу босиком, привыкла.
— Но зачем это делать здесь? У нас много одежды и обуви, которую просто некому носить. Не отказывайся, Аэтель, я хочу, чтобы тебе было у нас хорошо.
— Спасибо, — я решила, что глупо отказываться, если одежда пропадает зря."
"Потом мы пошли в местный нужник.
