Кальтенбруннер посмотрел вверх – через маскировочную сетку с пришпиленными к ней кусками ткани и приклеенной травой тускло пробивалось солнце.
Капитан Овербах пояснил:
– У нас очень строгая пропускная система. С тех самых пор, как произошло покушение на фюрера, она еще более ужесточилась. Я бы попросил вашего адъютанта остаться снаружи. – И, повернувшись к капитану Шлейхеру, немного мягче, словно извиняясь за свой беспристрастный тон, предложил: – В Ставке имеются рестораны с прекрасной кухней. Уверен, вам понравится.
Если хотите развлечься, есть казино, кинотеатры. Желаете просто отдохнуть – в вашем распоряжении гостиница.
Шлейхер посмотрел на Кальтенбруннера, не посмевшего возразить, и тут же с готовностью отвечал:
– Спасибо, господин капитан. Схожу в ресторан. Знаете, я действительно чертовски проголодался.
– Идите мимо этого блиндажа, – показал капитан Овербах на девятиметровое возвышение, – а потом поверните направо. В следующем бункере налево находится ресторан. Здесь у нас невозможно заблудиться.
Советую взять запеченную форель в белом соусе. Это блюдо особенно великолепно!
– Я последую вашему совету, – с готовностью отозвался капитан Шлейхер.
Адъютант Овербах обернулся к обергруппенфюреру:
– Прошу вас."
"Снаружи бункер напоминал огромный холм, поверх которого произрастали многочисленные кусты, возвышались деревья, и только небольшая металлическая дверца в крашеном зеленом бетоне указывала на то, что здесь размещается убежище.
Они прошли мимо охраны и зашагали по освещенным коридорам.
Внутри бункера тоже дежурила охрана: солдаты стояли в переходах и у дверей, высоко подняв подбородок, встречали входящих.
Стены выкрашены в белый цвет, что давало ощущение пространства, а вот двери, напоминавшие заплатки, были темно-серыми. Повсюду цветы: одни стояли по углам, другие пышно росли в углублениях стен, походивших на подоконники. Дышалось легко, как будто находишься не на двадцатиметровой глубине, а в хвойном лесу после летнего дождя.
Продумана самая малейшая деталь.
Все было к месту. Ничего лишнего.
Остановившись перед одной из дверей, адъютант уверенно надавил на звонок. Через секунду внутри толстых металлических пластин щелкнул замок, адъютант потянул на себя ручку, и дверь подалась неожиданно легко.
Вошли в кабинет Кейтеля. Напротив двери стоял небольшой квадратный стол, за которым сидел генерал-фельдмаршал и что-то быстро писал. В стенах угадывались прямоугольные углубления, стилизованные под окна.
