Я волновался, не хотел, чтобы нервничала, но когда-то я совершил много ошибок, потому что не обратился к жене за помощью. Не поинтересовался ее мнением и стал говном. Я хотел, чтобы Княжна ощутила, как нужна и важна. – Ваня, – позвал громче, – приехали.
Он спросонья нахмурился и смотрел обеспокоенно, как зверек. Вероятно, усвоил, что взрослым доверять нельзя? Печально.
Мы поднялись в квартиру вчетвером. Открыла Алевтина Ивановна, помощница матери. Ее услуги сейчас были не сильно нужны, но дважды в неделю приходила: прибраться и новостями обменяться.
Она работала у них лет пятнадцать. Они подругами стали.
– Здравствуйте, – поздоровался сухо. – Ева где?
– Играют в детской… – Алевтина Ивановна переводила взгляд с одного лица на другое. Не знаю, насколько осведомлена была, но пояснять ничего не собирался.
– Сделайте нам чай и перекусить. Накройте в гостиной, – я посмотрел на Наташу. Она бросила взгляд на лестницу, в спальни.
– Пойдем?
Она не выглядела супер решительной, но, кажется, сдавать назад не собиралась.
Я легонько сжал тонкую ладонь и шепнул на ухо:
– Если не хочешь, мы можем уехать втроем.
– Все нормально. – Наташа едва ощутимо сжала мои пальцы, затем высвободила руку. – Для Евы будет неожиданно иметь такого маленького дядю.
– Ваня, пойдем, познакомишься с Евой.
Он только кивнул. Волновался.
В детской звенела посуда. Евушка сосредоточенно сооружала из пластика гамбургер. Мама сидела и ждала угощение.
– Рома! – удивленно воскликнула и поднялась. В последний раз мы виделись утром, после откровенного разговора.
– Наташа. О-оо…
– Мама! Папа! – Ева бросила все и побежала к нам. Княжна погладила ее по голове, а я на руки взял и вверх подбросил.
– Привет, поночка, – и поцеловал в пухлые щеки.
– Здравствуй, Ваня, – ровно проговорила мама.
– Здравствуйте, бабушка Маша.
Я немного удивился. Как происходило их взаимодействие не в курсе. Не знаю, насколько мать триггерило его присутствие, это же вроде как «плод измены мужа», но сейчас меня меньше всего заботило ее душевное состояние.
Возможно, это несправедливо, плохо и не по-сыновьи, но я заебался быть для всех гордостью и примером, золотым ребенком! Беспроблемным, чутким, ответственным. Тупо ЗАЕБАЛСЯ!
– А сьто это за мальсик? – заинтересовалась Ева.
– Милая, – Наташа поправила русые кудряшки, – это Ваня…
– У меня есть длуг Ваня! – воскликнула Ева.
– Ваня брат твоего папы.
– Блат? Как дядя Тём?
– Да, – это мой максимум. Жутко сложно об этом говорить.
