Пальцы исследуют мое тело, скользят по соскам, ребрам, животу так, словно в этом нуждаются. И то, как с каким упоением он трахает меня, забивая мне под кожу свое дыхание — я знаю и чувствую, что все не просто так.Я влюблена в него, но я не спятившая дура.
Савва выходит из меня, запечатлевает долгий влажный поцелуй на шее, ведет языком по позвоночнику. Я замираю, потому что одновременно с этим давление члена перемещается выше и упирается мне между ягодиц.
— Хочешь сделать мне больно? — шепчу я, разглядывая покрытую каплями плитку.
Я ведь далеко не экспериментатор, и минет — венец моего предыдущего сексуального опыта.
Губы Саввы прижимаются к моему уху, выдыхая в него короткий хриплый звук, пальцы сильнее сдавливают бедра. Я кусаю губу. Мне туго, странно, немного стыдно. Он лишь наполовину во мне.
— Наш секс совсем не об этом, Мирра. Сейчас мне нужно. С кем еще, если не с тобой.
47
— Тяжелые выходные? — Ирина вопросительно поднимает брови, встречая меня у самых дверей лифта.
— Я уже привыкла видеть тебя с улыбкой на лице.
— Все в порядке. Не высыпалась немного. Есть какие-то новости?
— Откуда знаешь?
— Потому что ты только в этом случае ты ловишь меня у лифта. Ну так в чем дело?
— Новости так себе, — театрально вздыхает Ира, беря меня под руку. — Заместитель генерального директора и его отбитый пашот вернулись в офис. Я-то думала, он на больничном еще минимум месяц пробудет. Чай, с ума сходил, представляя, как ты крутишься в его кресле и пьешь из его кружки.
"
"— Ты «Машу и медведи» на ночь детям читала? — усмехаюсь я. — Пойдем кофе выпьем.
Возвращение Гордиенко нисколько меня не трогает. Совсем. В свете последних событий мне даже смешно становится, что когда-то я принимала нашу вражду близко к сердцу. Воистину, все познается в сравнении. Сейчас мне совершенно наплевать, что в этот момент Гордиенко, возможно, сидит в кабинете Андреева, воплощая в жизнь план мести. Наплевать, если сорвется контракт с «Аэлитой», как впрочем и то, что я могу лишиться своей должности.
Все это поправимо. Будут другие контракты, появится другая работа — добиться всего этого мне по силам. Куда страшнее вещи, на которые мы не в силах повлиять.
— Как там поживает твой Савва? — в голосе Ирины прорезаются вкрадчивые тоны. — Раевский, правильно? Это к нему на пати вы с генеральным ходили?
Мне даже не удается изумиться ее осведомленностью: я привыкла, что Ира как википедия — знает все.
— Да, к нему.
